Военные люди, оделись в праздничные доспехи, начищенные до такого блеска, что ими можно было топить снег, если отразить от них солнечный луч. Стальные массивные нагрудники для мужчин, и чуть меньшего размера для девушек, на головах острые шлемы, на руках железные перчатки, на ногах, сделанные по местной технологии, стальные штаны, которые были сделаны так, что в них можно было хоть на шпагат садиться, но при этом пробить их было так же трудно, как и обычную стальную пластину. За поясами абсолютно всех, начиная от обычных стражников, заканчивая разведчиками, которые чаще всего пользуются луками, висели стальные мечи, с серебряными гардами, украшенные драгоценными камнями, это были специальные церемониальные мечи, которыми пользовались только по особо важным случаям.
Все обитатели замка вытянулись в две шеренги, тем самым начиная от ворот, образовывали большой и широкий коридор, заканчивающейся где-то у входа в замок. Когда послышался звук открывания ворот, весь шум сошёл на нет, все замерли в ожидание прибытия королевы, к визиту которой готовились сквозь пот и слезы.
По ту сторону ворот затрубили трубы, не так мощно, как наши, но все равно достаточно громко, через, казавшиеся бесконечною, минуты, из ворот вышли трубачи, что безустанно трубили в трубы, идя до самого конца коридора. Следам за ним шли барабанщики, с высоко поднятыми головами и с четкостью роботов бившие в огромных размеров барабаны, висевшие у них на шее.
Следующие в замок вошли знаменоносцы, первым из которых, был совсем молодой парень, одетый с ног до головы в расшитые одежды, со все возможными рюшками и лентами, пришитыми там, где они вообще были не нужны, в руках он нес высокий, и явно тяжелый, штандарт, на верху которого развивался белое знамя, на фоне которого был изображён феникс, с раскинутыми крыльями, за ним шли уже взрослые парни, одетые более скромно, несшие знамена других знатных домов, что прибыли в свите королевы.
Следом за знаменоносцами вошла гвардия, личная охрана королевы, имеющая названия огненная. Двадцать человек в ряду, с прижатыми эфесами к груди и красными как кровь лезвиями, расположившимися на уровне лица, по внешнему двору шло грозное воинство, с ног до головы облаченные в доспехи, красно-рыжих оттенков. Как только первый воин пересек некую черту, известную только командирам нашего гарнизона, Меррита вместе с Аматистом, гаркнули дружное “на караул”, и все, кто был при оружии, в три точных движениях выставили мечи вперед и верх, приветствуя братьев по оружию и их госпожу.
Следом за огромной колонной воинов из ворот показалось три крупных единорога огненного окраса, с витыми рогами, торчащими, как и положена, из лба, и длинными гривами цвета пламени, на самих же конях была золотая сбруя, к которой крепились специальная конструкция, позволяющая им тащить за собой довольно небольшую золоченую карету, украшенную таким количеством драгоценных камней, что от их бликов просто слепило, на дверях был нанесен точно такой же красный феникс с расправленными крыльями, значит это была королева. Следом за ней, на самых обычных конях разного окраса, въезжали богато одетые люди, в сопровождение слуг и оруженосцев, одетых в разы скромнее, кто-то ехал с каменными лицами, кто-то озирался по сторонам, а некоторые, на плевав на всю серьезность мероприятия, просто махали рукой и улыбались во все зубы.
Карета доехал почти до самого входа в замок, засыпанная лепестками цветков, которые были заранее созданы магами природы и розданы в таком количестве, что из них можно слепить цветочного снеговика, как только карета полностью остановилась, десять ближайших гвардейцев, встали в две линии, образовав коридор по меньше, в то время как ехавший почти в платную к карете всадник, соскочил со своей серой кобылки, подбежал к двери, приосанился и набрав побольше воздуха выкрикнул:
- Ее величество Огата де Конан Изембарт первая, именуемая также огненная роза, королева Альвирии, защитница триады островов и освободительница Иухара.
