После этой речи, оратор низко склонился и открыл золоченную дверь. На поставленные заранее небольшие ступеньки, вышла молодая, не старше сорока девушка-сказка. Ее густые длинные волосы, имеющие цвет облаков, были собраны в чудесную прическу, сделанную из казалось миллиона косичек, по мимо этого на ее голову, была водружена маленькая, почти не заметная из-за такого количества деталей диадема, с большим красным камнем по середине, и россыпью маленьких по сторонам, ее глаза, цвета одуванчиков, были аккуратно подведены красным, что только подчеркивало ее выразительный взгляд, чуть вздернутый носик и алые губы, аккуратно сложенные в милой улыбке. На ее казалось хрупких, как стекло, плечах, было одето длинное платье, конец которого, все еще оставался в карете, ее наряд, цвета первых лучей, был украшен рисунком феникса, в этот раз сложившего крылья, и большим количеством камешков, разной формы и размеров, а на небольшом декольте были пришиты бардовые розы, сделанные из какой-то полупрозрачной траки, на ее аккуратных девичьих ножках, одеты алые туфли на невысоко каблучке, с золотыми застежками по бокам.
Как только королева ступила на землю, все как один, упали на одно колено, и склонили головы, не удел остались только огненная гвардия, она лишь встала по стойке смирна и задрала головы к небу.
- Приветствую вас, жителе замка ветров, – голос королевы, словно пение соловья, разносилась по окутанному тишиной замку, – я очень рада, что смогла посетить ваш прекрасный замок в столь чудный праздник. Я очень надеюсь, что мой приезд, никак не помешает празднованию смены годы, и вы сможете веселиться от всей души, не обращая внимания на мою персону и статус.
Сказав свою речь, королева подошла к стоящему буквально в двух шагах Ракатори, представшему, как и положено, в своем истинном вороньем виде. Архимаг был одет почти, как и все присутствующие маги, за исключением очень громоздкого плаща, с изображением герба замка, с золотой застежкой на шеи, и церемониальным оружием за поясом. Архимаг встал с колена, сделал низкий поклон, со всеми нужными кульбитами рук и ног, и открыв дверь перед королевой, повел ее, вместе с суетившимися рядом служанками и гвардейцами, в специально подготовленные покои, находившиеся на третьем этаже восточного крыла. Как только двери за свитой королевы закрылись, выдохнули все, включая и приехавших дворян.
Специально назначенные люди, стали подходить к благородным особам, одни забирали коней и отводили в стойло, другие сопровождали господ и их слуг в их покои, чтобы гости отдохнули с дороги. Огненная гвардия, под руководством подъехавшего к ним того же человека, что и представлял королеву, начала расходиться по своим постам, в то время как обитатели замка, пытались разбежаться в разные стороны, кто на задний двор, кто за ворота, пока в замке располагаются благородные особы, туда лучше не соваться, можно надорвать спину от постоянных поклонов, и стереть язык от нескончаемых приветственных слов и комплиментов.
Когда большая часть толпы разошлась, и во дворе остались только стражники, лакеи и небольшая горстка дворян, я наконец смог найти хоть кого-то знакомого, чтобы не слоняться по двору до сумерек.
- А смотрю вы вообще не мерзните – обратился я, подходя к своим друзьям, стоявшим у входа в сад.
- Мерзнем, – сказал Ранард стуча зубами, – только что мы сделаем, в комнату не пройти, там по залу сейчас стражи и лакеи шныряют, в деревню идти тоже не вариант, если мы в пабе испачкаем этот костюм, то нам оторвут головы, остаётся только морозить жопы и ждать, когда все устаканиться.
- Дворян приехала как-то много, – отозвался куривший чуть в стороне Бертал, – я ожидал в половину меньше.
- Королева у вас красивая, – сказала танцующая на месте Кора, – и речь толкнула красиво и коротко, если она еще и умная, то вообще золото.
- Поверьте, она прекрасный стратег, – томным голосом ответил выросший из неоткуда маркиз, если судить по золотые печатки на левой руке, – не зря ее называют огненной розой.
Когда все подорвались исполнять церемониальный поклон, стоявший по одаль Берталу, с испуга проглотил сигарету, ведь курить в присутствие титулованных особ не принято, как и кидать возле них мусор, от чего вызвал улыбку на лице дворянина.
- Не стоит так радикально исполнять все предписания, – спокойно сказал высокий чин, – в следующий раз, просто уберите папиросу за спину, и вам никто не сделает замечание.
- Я учту это милорд, – хрипло ответил близнец, ежась от вкуса пепла в горле, – простите за мою грубость.
- Вы будете прощены, – ответил улыбающийся маркиз, – если угостите меня одной из своих папиросок, и не позволите разбежаться своим друзьям от меня, как от огня.
Нашарив во внутреннем кармане железный портсигар, Бератлу протянул его маркизу, давая выбрать ему самому, как бы говоря о том, что все сигареты чистые и он не хочет его отравить.
- Вот же, – сказал растерянный маркиз, – я забыл спички в своих вещах, а их уже унесли.
- Прости меня, – склонил голову близнец, – но и у меня они тоже кончились.
