Решив, что нужно спасать положение, я взглядом пробежался по местности, и увидев, что неподалеку от нас находится тень от крон деревьев, щелкнул пальцами, создав тем самым черный огонек на пальце, чем вызвал неподдельное удивление у высшего сословия.
- Вы видима и есть тот самый маг, – прикуривая обратился ко мне маркиз, – что управляет тенью и светом, наслышан о вас.
- Да, милорд, – я наклонил голову, – Мирор Грейс, маг тени и света.
- Извольте, – выпустив очередную порцию дыма, он начал крутить головой, – во дворце ходил слух, что вы выбрали себе в хранители, очень огромного зверя, чуть ли ни дракона, но я не вижу этого чуда.
- К сожалению, я не дракон, – ангельским голосом пропела Кора, – а может быть и к счастью, ведь быть таких больших размеров, крайне неудобно.
Повернувшись на голос, маркиз отсмотрел ее с ног до головы, как и все чуть дольше задержав взгляд на рожках, и явно остался доволен.
- Простите, миледи, – он сделал легкий поклон, – я вел себя не культурно в присутствие дамы, разрешите представиться, маркиз Ардаль Бомпаре, владелец замка Иона, что к западу от сюда.
- Кора Аделари, – взявшись за края платья она элегантно присела, – хранительница мага Мирора.
- Позвольте полюбопытствовать, какая у вас вторая форма, если не драконья?
- Мантикора, – с улыбкой ответила Кора, – большой лев, с крыльями и скорпионьем хвостом.
- Как интересно, – с явной заинтересованностью ответил маркиз, – я буду надеяться, что мне выпадет случай, ее увидеть. Я наслышан о мантикорах, но в моих землях они не водятся, от чего я только о них читал и слушал рассказы от других.
- С удовольствием вам ее продемонстрирую, – с улыбкой ответила Кора, – когда выдаться момент.
Пока эти двое, разливались в красивых словах и наигранной доброте, я посмотрел на стоявших рядом близнецов, которых, судя по их виду, уже воротила от этого высокого слога и учтивости, поэтому они старательно вертели головами, стараясь найти хоть малейший предлог, чтобы сбежать от сюда.
Бессмысленные терки языками длились еще около десяти минут, не нашедшие способа сбежать близнецы, тоже были втянуты в разговор, касающийся практически всего, начиная от высокой политике, заканчивая обсуждением корма для лошадей. Братья держались стойко, не закатывали глаза, не корчились, а лишь со всем положенным этикетом отвечали на вопросы и поддерживали диалог.
- Боже, – закуривая так желанную сигарету, произнес Бертал, когда маркиз наконец ушел, – и такой треп будет продолжаться не меньше трех дней, ей богу, я скорее съем все папиросы, чем еще раз вступлю в такую беседу.
На близнеца уставились наши осунувшиеся лица, ментально изнасилованные, в глазах которых читалась боль, от таких взглядов, Бертал нервно хмыкнул, и выпустил порцию дыма вверх, не произнеся больше не слова. День склонялся к своему логическому концу, в библиотеки зажгли светильники, и народ начал потихоньку расходиться, судя по разговорам, ситуация в замке наконец устаканилась, и можно было относительно свободно добраться до своих опочивален, и не нарваться на очередного болтливого дворянина. В столовой было абсолютно пусто, хотя в такое время всегда сидели игроки в шахматы или домино, все-таки появление королевы, сказалось на распорядки замка. Добравшись до своей комнаты и закрыв за собой дверь, я с опаской взглянул на такую желанную, но в тоже время пугающую кровать.
- Слушай, Кора, – обратился я к хранительнице, которая уже откупоривала бутылку, – а если я вот сейчас лягу спать, то меня вновь не накроет этот странный мор?
- Шут его знает, – честно ответила Кора, – я до сих пор не могу понять, чего хотел тот, кто это сделал, и будет ли он предпринимать еще попытки. Но если ты собрался твердо не спать, то идея плохая, завтра праздник, где будут присутствовать королева и знать, и, если тебя срубит посреди зала, и раздастся твой могучий храп, мы не оберемся позора.
- Я что храплю? – громко удивился я
- Видишь, – хихикнула хранительница, – твой суточный сон, тебя уже не так волнует, поэтому спи, и не думай об этом, я постараюсь предотвратить следующую атаку.
- Спасибо тебе, – тихо сказал я, – ты настоящая подруга.
- Ой, от маркиза этих нежностей наслушалась, – усаживаясь в кресло с книгой и бокалом бросила Кора, – утра вечера мудреней, спокойной ночи.
- Спокойной ночи.
