Официально еще никто ничего не знал, не о войске, не о братстве, ни о том, для чего они делают такие срочные и большие запасы, но по заверению архимага, завтра, точнее уже сегодня, королева выступит перед жителями замка, чтобы объяснить им ситуацию, поднять боевой дух и хоть как-то воодушевить их на бой, который, как по мне, непременно грянет, и никакой указ или угрозы не сможет остановить убитого горем отца, скорбящего по единственной дочери, о смерти которой он узнал так поздно, что уже ничего было нельзя сделать.
Я так и не решался зайти в эту комнату, да может она и стала еще уютнее и деталей появилось куда больше, к примеру, на противоположной стене образовался большой портрет, которого раньше не было. Он принадлежал мужчине, одетому в красивый темно-синей камзол, расшитый золотыми нитями и драгоценными камнями, но все с тем же, будто затянутым дымкой лицом, отчего невозможно было определить ни одной черты лица, даже возраст, ведь руки данного господина были облаченный в атласные черные перчатки. По мимо портрета, в комнате проявился огромный деревянный шкаф, заставленный книгами и каким-то статуэтками с безделушками, в комнате стало пахнуть цветами, на столике образовался серебряный поднос с фруктами, но правая сторона комнаты все никак не хотела обрастать деталями и поэтому оставалась угольно черной, словно зайди ты за эту черту и провалишься в бездну.
- А…орю…вырас… - справа, где все также была абсолютная пустота и темнота, вдруг послышался женский голос, звонкий, молодой, полный энергии, но какой-то прерывистый, словно она то и дела уходила в другую комнату.
Все мое тело распирало желание зайти в эту комнату, какие-то дальние уголки моего сознания вторили мне в сотый раз, что это нужно сделать, что так и должно произойти, но та злополучная часть мозга, отвечающая за самосохранения, просто не давала моим ногам двигаться, сделать всего лишь один шаг к неизвестному.
- Мирор, – раздался сквозь сон знакомый голос, – проснись, Мирор.
Разодрав тяжелые веки, я увидел стоявшую на против меня Кору, одетую в серую шерстяную кофту с высоким воротом, светло синие атласные перчатки, батистовые штаны серого цвета, и темно синие плоские туфли. Осмотревшись, я обнаружил себя сидевшим на кровати, прислонившись спиной к стенке, в той же одеже, что и пришёл, так и не раздевшись.
- Шея не затекла так спать, – спросила хранительница, – я хотела тебя по-человечески уложить, но, ты, зараза, тяжелый, поэтому так и оставила.
- Все нормально – при попытке встать, шея отказала поворачиваться, отзываясь на любую попытку тупой болью, поясница затекла намертво, отчего встать я смог только с помощью Коры, ноги, не сказать, что хорошо слушались, но идти на них все еще можно.
- Ох, – Кора резко отвернулась и состроила брезгливую физиономию, – тебе бабушка не рассказывала, что чистота залог здоровья?
- Ну уж простите, – при попытке сделать драматичный поклон, в поясницы что-то стрельнуло, отчего я, стиснув зубы завыл, – как-то не получалось все добраться до душевой, то одно то другое.
- На вот, – Кора кинула мне в лицо полотенцем и всучила три разных бутылка, – сходи отмойся, чтобы на речи королевы, твое амбре не поубивало и так малочисленную армию, – она уже хотело выпроводить меня за дверь, но вдруг кинулась к тумбе, откуда достала мою бритву, – и побрейся, эта грязь, которую вы мужики называете щетиной, тебе совершенно не идет.
Когда за мной захлопнулась дверь, я с рыльно-мыльным набором двинулся по коридору, вдоль разноцветных дверей, к комнате с душем и огромной деревянной бадьей-ванной, с настроение сравнимым с грозовой тучей, которая в любой момент может поразить молнией проходящего мимо человека.
Когда ванна наконец была набрана, благо здесь не приходилась таскать ведра, а нужно было всего лишь повернуть вентиль, чтобы из крана, больше похожего на насос, ударила струя воды, ведь здесь, была какая-некая сантехника, по которой вода, из озера, с помощью труб, усиленных какими-то рунами и знаками, поступала в замок. Проблема лишь в том, что здесь она шла только холодная, и чтобы ее нагреть нужно либо быть магом огня, либо за ранее взять у алхимиков огненной соли, которую Кора мне и вручила. Щепотки ярко красных гранул хватало, чтобы нагреть большую ванную до хорошей температуры, способной снять любую усталость.
