– Ребята, знакомьтесь, это ваш брат Марсель. Хочу, чтобы вы подружились и стали по-настоящему родными. Во всяком случае, очень на это надеюсь, – сказал муж при встрече с детьми.
– Привет, брат, меня зовут Стасик. Я рад тебя видеть.
– Привет, малой, меньше эмоций, – последовал ответ «брата». – И текст какой-то заученный, будто на уроке английского диалоги отрабатываешь. Проще надо быть, проще.
И повернувшись к нашей дочери, сказал:
– Софья? Я правильно понял? А ты ничего такая – фигура, грудь, симпотная. Няша просто, в моем вкусе, – и легонько ударил по пятой точке.
В ту же секунду, не успев ничего сообразить, он оказался лежащим на полу с заломленными назад руками.
– Это как, это ты что ли? – взвыл от боли парень. – Ну, пусти, пусти, я больше не буду.
– Послушай, Марсельеза, во-первых, ты не в моем вкусе, во-вторых, заденешь морально или физически какого-нибудь из членов моей семьи, покалечу. Понятно сказала?
– Ну, ладно-ладно. Все. Понял, каратистка.
– Следи за речью.
– Так, брейк, успокоились все, – прервал боевой поединок отец. – Давайте будем уважительно относиться друг к другу хотя бы потому, что нам жить вместе. Военные действия здесь не нужны. Повторяю, должно быть только уважительное отношение друг к другу. А сейчас познакомься, Марсель, моя жена Светлана Владимировна.
– Наверное, тебе так и стоит меня называть, чтобы не путаться в обращении. Дело в том, что ты поступаешь в гимназию, где я преподаю русский язык и литературу, и в 9а класс, в котором я классный руководитель. Поэтому с тобой мы будем общаться как дома, так и в гимназии.
– Очень приятно. А можно я буду звать вас мамой? – продолжал показательные выступления Марсель.
– Это был сарказм? – спросила я.
– Нет, – ответил парень.
– А сейчас это был сарказм?
– Да.
– В общем, ты не хам, ты просто саркастичный.
– Гм. Круто вы меня сделали. Сдаюсь. Я чувствую, весело мне у вас будет.
– Не сомневайся, Марсельеза, – ответила за всех Соня.
Первое совместное мероприятие с Марселем мы провели, сходив в зоопарк. Конечно, наша семья бывала там и раньше, и дети, и мы любили это место, поэтому со старшим сыном пошли туда же – пусть посмотрит местные достопримечательности. Более всего Марселя впечатлили обезьяны. Сидит такой орангутанг и свысока посматривает на стоящих напротив людей. Возле его клетки собралось много людей, а Марсель вдруг показал обезьяне язык. Орангутанг как сидел с надменным видом, так и продолжает сидеть. Не дать, не взять – профессор на экзамене. Когда парень решил перейти к другой клетке, неожиданно раздались хлопки – это ему аплодировала обезьяна. За ней, смеясь и потешаясь, Марселю начали рукоплескать стоящие рядом люди. Тот же покраснел и ушел к другой клетке. Вот и без моих нравоучений обошлось. Обезьяны, оказывается, хорошие воспитатели.
Летом мы остались дома и никуда не поехали, во-первых, Софья сдавала выпускные экзамены, а во-вторых, мы с мужем весь июнь работали, он ещё – до половины июля, а там дочкино поступление было не за горами, поэтому мы выгадали только две недели и съездили на базу отдыха. Конечно, Саше было бы лучше оздоровиться где-нибудь на курорте или в санатории. После ранения это стало вынужденной необходимостью, но муж решил иначе – он не должен оставлять старшего сына ни на день.
– Неизвестно, как он поведет себя в моем отсутствии, я не хочу находиться в вечном напряжении. Что это будет за отдых? Обойдусь пока.
Да, действительно, Марсель прислушивался к тому, что требовал или просил отец. Удивительным было то, что почитал парень и Софью. С остальными был подчеркнуто вежлив. Больше хамства с его стороны не наблюдалось, но и уважительного отношения не ощущалось тоже, была им одним разыгранная и пока не понятная нам игра. Странное затишье напрягало и пугало, казалось, что вот-вот должен произойти взрыв. Несмотря на это, я убеждала Сашу: «Пока мы заслужим авторитет в глазах мальчика, возможно, пройдут годы, а вот здоровье не восстановится само по себе, для этого нужно регулярно ездить в санатории, забыл, что говорил врач после твоего ранения?»
