Морфи обошел дом, проверил запоры на окнах и дверях. Осторожность и предусмотрительность, ставшие привычкой после уличной жизни и службы в Организации по борьбе с наркотиками, не позволяли упустить из виду ни одной мелочи.
Убедившись, что в доме можно чувствовать себя в максимально возможной безопасности, он вернулся в свою спальню — и замер.
Эллис зажгла лампу возле кровати. Ее джинсы и свитер небрежно валялись на полу.
Господи, как же ей к лицу голубой шелк и кружево! В изящном лифчике и трусиках Эллис выглядела такой пленительной, такой соблазнительной! Нейл даже растерялся, он не ожидал такого.
— Господи, Эллис! — Он пожирал ее глазами. — Говорил ли я тебе, что ты великолепна?
...Это говорит в нем его желание, не он сам, промелькнуло в голове у Эллис, но тем не менее она невольно вспыхнула под его взглядом. Она улыбнулась и расслабилась — другое, совсем другое напряжение начало расти в глубине ее тела.
Черный свитер, джинсы, трусы — все полетело на пол. Нейл лег рядом с Эллис и приподнялся на локте, чтобы лучше видеть ее. Она уже распустила волосы, и он зачерпывал полные пригоршни рыжего золота, пропуская его сквозь пальцу.
— Как огонь, — шептал он. — Сладкий, сладкий огонь... Эллис...
И наконец — как нескоро! — губы его нашли ее губы.
Эллис сходила с ума от ожидания, изнывая по его прикосновениям, запаху, по теплу сильных рук на своем теле. Прошло всего несколько часов с тех пор, как утром они оставили постель, но сейчас ей казалось, что она уже долгие месяцы томилась в одиночестве.
Ее руки сомкнулись, обхватив его тело так крепко, как он хотел и как она хотела. Ее ладони коснулись шрамов на его спине — мягкая кожа, грубые рубцы... Карта боли и потерь Нейла, подумала Эллис, чувствуя неистовое, почти болезненное стремление утешить его хоть как-то... как угодно.
— Крепче, Эллис... О Боже, крепче!
Она до боли стиснула, сжала его так, будто хотела выдавить всю боль... Язык Нейла проник в ее рот так властно и с такой страстью, которая выдавала нечто большее, чем просто желание.
Эллис хотела его ничуть не меньше. Мучительная жажда ее тоже отличалась от простого физического влечения. Ведь она любила Нейла и бесконечно нуждалась в нем.
— Нейл... О Нейл...
Она не могла молчать... но выговорить ничего, кроме его имени, тоже не могла. Когда губы Нейла коснулись ее груди через шелк лифчика, Эллис вздрогнула, мечтая о большем. Когда он схватил ее руку и увлек вниз, прижав к своей вздрагивавшей от вожделения плоти, она жадно стиснула пальцы, наслаждаясь горячей гладкой твердостью...
Хриплый смех, почти стон исторгся из груди мужчины — так безумно неопытны были ее пальцы. Неожиданно она почувствовала, как он снова, завладев ее руками, завел их за голову. Она удивленно раскрыла глаза.
— Ты сводишь меня с ума, — раздалось в ответ на ее безмолвный вопрос. Удивительным огнем сияли его серо-зеленые глаза, слабая улыбка трепетала в уголках рта.
— Это хорошо, — слабо выдохнула Эллис. — Согласен. Но не так быстро. Не надо торопиться, Эл. Я хочу полностью насладиться тобою.
Неужели она когда-нибудь снова сможет вздохнуть? Каждый дюйм ее тела возбужденно отозвался на обещание чуда, звучащее в голосе Нейла, сиявшие в его глазах... Прошлая ночь опутала ее паутиной не изведанных ранее чувств, абсолютно новых ощущений. Слишком много различных впечатлений примешалось к главному. Сегодня все должно быть проще... и прекраснее.
Сегодня в глазах Нейла не было теней прошлого, в них не вспыхивали холодные отсветы ледяной преисподней. В них горел огонь. Происходящее между ними полностью поглотило Нейла, он всецело отдается чувству, сжигающему их обоих.
В этот миг Нейл Морфи не хотел быть никем другим, только любовником Эллис Гудинг.
И от этой мысли, слепящей вспышкой возникшей в ее мозгу, бешено забилось сердце Эллис и огонь разлился по жилам.
— Тебе чертовски идет голубой цвет, Эл, — констатировал Нейл. Он продолжал удерживать ее руки запрокинутыми за голову, но теперь только одной рукой, другая же рассеянно блуждала по ее телу, то поднимаясь к шее, то опускаясь к бедрам. От него твоя кожа кажется еще белее, и ее хочется лизнуть... Но не сейчас.
Не сейчас. Кончиком пальца он нежно провел по ложбинке между ее грудей и удовлетворенно улыбнулся, когда Эллис беспомощно затрепетала в его руках.
— Я хочу трогать тебя всю, Эл, — выдохнул он.
— Трогай, — еле слышно позволила она.
— Где?
Он поднял глаза, в глубине которых плясали насмешливые огоньки... Князь тьмы и на уикэнде не прочь поиграть в свои дьявольские игры.
Эллис затаила дыхание, потом, смущенно зардевшись, засмеялась.
— О Нейл... ты же знаешь, что я не могу выговорить такое...
— Не можешь? Почему же?
Его палец медленно двигался по ее груди, обрисовывая сосок, который тут же затвердел и выпукло проступил сквозь тонкий шелк. Нейл обвел еще один круг, все еще не касаясь его вершинки.
— Ты хочешь, чтобы я сделал это, правда? Так почему бы не сказать об этом вслух?
