Творцу истинных ценностей нужно обладать богатством житейских наблюдений и честностью души. Но главное для него — вдохновение. Оно посещает избранных, единицы среди миллиардов человеческих сердец. Люди росли рядом, в одинаковых условиях, даже, бывает, произошли от одних и тех же родителей — а гением оказался один, остальные не оставили миру ничего — недаром, видно, слово «гений» произошло от арабского джинн — «дух, витающий в пустыне».
«Вдохновение». «Одухотворенность». То и другое создано словом «дух», лежащим в их основе. Речь идет о духе творчества. Но что это такое на вид, на вкус, на ощупь? Этого представить себе нельзя, и отсюда начинается сомнение: почему мы считаем, что наша человеческая наука знает все или по крайней мере много?
Дух творчества не поднимается из-под земли, не влетает с улицы в раскрытое окно, а нисходит, следовательно, дается свыше. Что же находится в этой выси, чья неистощимо щедрая, но и неподкупно строгая рука дарует волны творческого духа избранным? Следует естественный ответ: вдохновение посылается высшим творящим началом, создавшим Вселенную с ее мирами— растительным и животным. Народы именуют это начало по-разному, на русский язык оно переводится одинаково: Бог.
Фоногенетически в этом наименовании заложены два понятия: величие и милосердие. То есть речь идет об исходных свойствах, которыми прежде других отметилось верховное начало в раннем человеческом восприятии.
Материалистически объяснить происхождение творческого духа невозможно, и того, кто действительно ищет истину, приведенное выше рассуждение способно убедить в этом. Материалистическая «теория познания», превращаемая ее жрецами в аксиому, необходимо ограничена и потому не может считаться строго научной. В свете непредвзятых исследований она теперь скорее представляет лишь исторический интерес.
Итак, одухотворенность, которую, отнюдь не стремясь повторить церковное определение, следует назвать «сошествием святого духа», посещает избранных: творящее начало Вселенной как бы приобщает к себе, даруя счастье созидания вечных ценностей. Но художник, многообразные проявления которого названы выше, все-таки творит в более или менее замкнутом мире, определяемом его творческим любопытством. В отличие от него другой избранник вдохновения — пророк — обнимает сердцем и словом все существующее: историю, природу, мир
302
Книга третья: В ПОИСКАХ ИСТИНЫ
человеческого поведения и общественных отношений, место человека во Вселенной, место Вселенной в человеке.
Сказанное убеждает в том, что аравийский проповедник Мухам-мад с полным основанием мог считать Коран — высшее чудо в его жизни, как он говорил — созданием Бога. Действительно, вдохновение, исходившее от верховного творческого начала мира, подсказывало ему новые и новые мысли, очищало и укрепляло его душу, и это позволило смертному человеку оставить людям бессмертное— священную книгу Корана и вероучение ислама — Исцеление.
* * *
Прежде чем говорить об исторической миссии Мухаммада и перспективах мусульманской цивилизации, необходимо остановиться на нескольких важных вопросах общего характера. Это, в первую очередь, касается отношений между Кораном и исламом, исламом и арабской культурой, а также различными возможностями интерпретации Корана.
В общих исследованиях на тему Корана и ислама оба эти понятия зачастую употребляются синонимично. Однако Коран и ислам не тождественные понятия, как нетождественны понятия Библия и христианство, Веды и индуизм.
Ислам, христианство, индуизм являются результатом исторического развития совокупности воззрений. Исходные религиозные памятники связаны лишь с частью этих воззрений. Так, в исламе, наряду с Кораном, большую роль играет Сунна и более поздняя религиозная и философская литература; в христианстве — работы Отцов церкви и решения Церковных соборов; в индуизме — Упанишады. В каждом из приведенных случаев их положение также дополняется народными верованиями и историческими прецедентами. С точки зрения приверженцев этих религий, вся совокупность их многовековой традиции освящена или даже кодифицирована исходными религиозными памятниками.
Такое заблуждение можно зачастую объяснить тем, что эти религиозные памятники изложены на языке, отличном от языка, который использует в настоящее время большинство верующих. Религиозная доктрина воспринимается через комментарии, а не оригинал. Многие религиозные догматы носят очень общий характер и открыты для различных интерпретаций. Например, Коран не призывает женщин
Работая над переводом Корана
303
носить чадру. Библия не призывает к созданию иерархической структуры церкви.
Соотношение между Кораном и арабской культурой также неоднозначно. В Коране говорится, что он был ниспослан «на чистом арабском языке». Учение ислама во многом опирается на действительность арабской жизни VII века. Но было бы заблуждением воспринимать ислам как арабскую религию. Ислам, как и другие мировые религии, наднационален, хотя он и имеет национальные корни.
