– Спасибо. А у меня… – Я вскочила и побежала в прихожую, где оставила красивый пакет с подарком, который таскала за собой полдня и даже успела забыть в кафе, когда выбегала оттуда. Вернулась в комнату и протянула Тимуру: – Тебя тоже с Новым годом!
Он заглянул внутрь и улыбнулся, доставая комплект черных полотенец. Отложил их в сторону и похлопал рядом с собой по кровати.
– Иди сюда, – подозвал он.
– Буду носить, не снимая, – проговорила я и коснулась кулона.
– Буду вытираться, не стирая, – пошутил он.
– Глупый, – засмеялась я.
Мы шутили, но Тимур выглядел растерянным, улыбался через силу. Прежде я его таким не видела. Он будто не знал, за что схватиться, поэтому постоянно хватался за меня. Стараясь отвлечь его, я расспрашивала о поездке.
На следующий день за завтраком мне пришлось напомнить Тимуру о своем отъезде.
– Стажировка начинается через шесть дней. В понедельник меня ждут в офисе, поэтому в воскресенье вылет.
– Будем созваниваться? Видеозвонки?
– Нам это обязательно нужно делать, иначе ты опять меня забудешь.
Но Тим лишь весело усмехнулся:
– Что значит забуду? Как я могу тебя забыть?
Я резко повернулась и впилась в него удивленным взглядом.
Что это значит? Что происходит?
Парень понял мой взгляд по-своему и принялся меня успокаивать:
– Прости, я же тебе говорил, что связи в лагере и горах почти не будет, поэтому редко тебе писал. Но сейчас-то мы оба будем на связи.
Он не помнит, что вчера было?!
Пока я придумывала, как его расспросить о вчерашнем дне, он успел закончить с завтраком, быстро собрался и ушел на работу, оставив меня в прихожей в недоумении.
Как только за ним захлопнулась дверь, я рванула к телефону, что лежал в спальне. Хотела позвонить подруге, но пришлось прежде отправить сообщение. И только когда она ответила, набрала ее номер.
– Марина, Мариночка, выручай! У меня тут такое происходит.
И почему я раньше с ней ничем не делилась? Ведь каждому человеку нужен кто-то, с кем можно поговорить. Подруга не подвела – выслушала и поддержала.
– И я вот что не могу сообразить, – сидя в любимом кресле, подвешенном к потолку, в комнате подруги, я выпрямилась и начала загибать пальцы: – Он сегодня утром у меня спросил: «Как это я тебя забуду?» То есть он не помнил не меня, а сам факт «забвения», – я изобразила пальцами кавычки и загнула еще один палец: – Слушай внимательно, чтобы уловить мысль: теперь он помнит меня до Светы, помнит после. Но при этом он помнит и то, что был в поездке с другой. Есть?
Марина кивнула и отхлебнула кофе, испачкав пенкой губы, а я продолжила:
– Он не помнит, что забывал меня, – выставила вверх указательный палец другой руки. – Выходит, он думает, что изменил мне… Но, скорее всего, не может понять, почему он это сделал.
– И теперь он считает, что ты его простила. Простила его измену. А он все равно места себе не находит, потому и сбежал утром поскорее из дома. Ты на него такую вину повесила… – подруга округлила глаза.
– Что же у него в голове сейчас творится? – я схватилась за свою голову.
– Юлиана, может, поговорить с ним? Рассказать все как есть?
– Может, – неуверенно согласилась я с Мариной. – Но если я признаюсь, то потеряю его. Он больше не сможет мне верить. Будет избегать. Я не смогу без него.
– Тебе надо найти способ, как выбраться из игры, чтобы этого больше не было.
– Угу, я помню: не пользоваться вообще Силой! – Я помешкала, но все-таки призналась: – В Новый год сорвалась на Маше. Эта девица меня выбесила, и я не сдержалась.
– Тебе совсем нельзя ею пользоваться! – воскликнула подруга, заставив меня сморщиться.
Ушла от Марины я только вечером и отправилась в спортзал.
Тимур оплатил мне занятия на неделю, чтобы мы могли вместе по вечерам ходить. Встречались там, после ехали домой. Ужинали, смотрели кино, спали в обнимку. Я постоянно расспрашивала его про походы, горы и альпинизм. Мне самой становилось это интересно. А еще мы много разговаривали. Обо всем, но случай в кафе все время обходили стороной.
Между нами складывалась особая атмосфера – естественная и домашняя. Тим продолжал каким-то образом вытаскивать из меня лучшее. Или не он? Может, это наши чувства сделали? Ради него мне хотелось взлететь, показать лучшую сторону себя, то, что пряталась внутри за семью замками.
Но… я уже совершила ошибку, применив к нему Силу. И именно это меня угнетало больше всего. А еще я перекладывала вину на него – так и не смогла признаться.
В один из дней Тимур пришел домой и поделился:
– Так странно. Вечером, когда мы вместе, мне хорошо с тобой. Я могу подойти и обнять тебя, поцеловать. Знаю, что завтра вечером все будет так же и ты будешь ждать меня дома. Но днем на работе я почему-то думаю, что меня никто не ждет… – Тимур замолчал, а я медленно кивнула, догадываясь, о чем он говорит. Он приложил ладонь к груди: – Но где-то глубоко внутри как будто искры напоминают о тебе. Сознание считает, что меня никто не ждет, а сердце говорит об обратном и ведет домой. Я не понимаю, как это возможно.
