– Я знаю о ходе работы. Не нужно каждый раз приходить ко мне и сообщать о том, что я могу посмотреть сама. Для этого мне достаточно спуститься на первый этаж.
Любопытный взгляд все-таки остановился на его фигуре, а пальцы замерли над клавиатурой.
– Ладно, – пожал плечами он.
Около дивана зашевелилась Лесси. Жалобный собачий скулеж ясно обозначил местонахождение собаки.
Блейк нахмурился, посмотрел сначала на меня, затем прошел немного вперед и заглянул за подлокотник дивана. Заметил Лесси и удивленно присвистнул, затем медленно сел на пятки и коснулся лохматой головы фокстерьера.
– Откуда собака?
Я поднялась из-за стола и подошла к нему.
– Тебя это не касается. И убери руки от моей собаки!
Блейк не реагировал на мои слова, вместо этого продолжил гладить Лесси. Мерзавка упала на спину и подставила Блейку брюшко.
– Ты не любишь собак, – спокойно сказал он.
На губах Джефферсона появилась мягкая улыбка. Так он улыбался нечасто. Мое сердце готово было рухнуть с обрыва от одной этой улыбки.
– Тебя я тоже не люблю, однако это не помешало мне лечь с тобой в постель, – напомнила ему я.
Блейк встал на ноги и ухмыльнулся:
– Позволь напомнить, что ты не осталась разочарованной.
– С чего ты взял?
– Понял по твоим стонам.
Я усмехнулась.
– В детстве я ходила в театральную школу, и не такие стоны могу изобразить.
Блейк несколько секунд раздумывал о чем-то, его взгляд блуждал по моему лицу.
– Я заметил, что ты фальшивила. Было больше похоже не на оргазм, а на клич умирающей морской коровы.
Я в возмущении приоткрыла рот.
– Это неуместная шутка, если ты не знал, то они давно вымерли.
– Не думаю, что хоть одна из них решится подать на меня в суд, – самодовольно выдал он, приближаясь ко мне, как делал всегда, когда мы оказывались рядом.
Я сразу сообразила, какими могут быть его следующие действия, поэтому взмахнула рукой, призывая его отойти.
– Я надела электрический пояс, Джефферсон, так что только попробуй протянуть свои грязные ручонки ко мне, тебя так током ударит, до конца жизни улыбаться будешь.
– Я больше не трону тебя. – В подтверждение своих слов Блейк отошел от меня на шаг.
– Что совсем?
Даже я расслышала в своем голосе нотки разочарования, поэтому поспешила принять самую уверенную позу.
– Совсем. Не трону, пока ты сама не попросишь.
– Вот еще. Больно надо.
Он улыбнулся краешком рта и переключил внимание на собаку.
– Почему она лежит в коробке? – спросил Джефферсон.
Я действительно поместила Лесси в коробку. Однако перед этим постелила туда одеяло.
– Мне некуда было ее положить, не предоставлю же я собаке диван.
– В отель можно же заселиться с животным, разве нет каких-нибудь собачьих матрасов в номерах? – спросил он, выпрямляясь.
– Мы не предоставляем матрасы для питомцев, каждый постоялец предупрежден об этом, это стандартная практика отелей.
– Тогда почему ты не купила собачий матрас?
Я закипала. Джефферсон постоянно приходил ко мне без повода и тратил мое время, а теперь еще вмешивается в мои дела.
– Хватит! Какая тебе разница?
– Я не могу смотреть на то, как ты мучишь собаку, заставляя ее спать в коробке. Это жестоко.
Надо же! Кто бы говорил о жестокости!
– Во-первых, это не твое чертово дело! Во-вторых, она не задержится в кабинете. Для нее будет лучше оставаться дома, – мои глаза стали наполняться слезами.
Я отвернулась, чтобы Блейк не заметил это.
Не знаю, что на меня нашло. В последнее время я была размазней. Возможно, уход Дороти повлиял на мою нервную систему. Я чувствовала такую сильную усталость.
– К тому же эта собака сегодня потеряла свою хозяйку. Поэтому перестань задавать при ней столько вопросов, ей может быть некомфортно!
– Почему тогда ты не купила матрас перед работой?
– Я опаздывала, – прорычала я, незаметно стирая слезу со щеки.
– Есть доставка.
– Блейк! Я совсем не разбираюсь в этом, у меня никогда не было питомцев! – закричала я, оборачиваясь к нему. – Я вернусь домой и тогда буду думать, где брать матрас, миски, туалет и прочие собачьи принадлежности. Сейчас у меня нет на это времени!
Слезы отступили, мне удалось не разреветься перед ним, однако настроение было испорчено окончательно.
– Туалет? – усмехнулся он. – Собак обычно выгуливают, или ты думаешь, что они ходят в лоток?
Я сжала зубы и принялась буравить его яростным взглядом, в надежде прожечь дырку в его надоедливой голове.
– Понял, – он вскинул руки. – Молчу.
Я дернула головой, уже собираясь прогнать его, как Блейк спросил:
– А имя у нее есть?
– Хозяйка звала ее Лесси, – подуспокоившись, сообщила я.
Блейк снова опустился рядом с собакой и принялся ее гладить и чесать.
– Лесси, милашка Лесси. Хорошая девочка, – приговаривал он, и от каждого его слова мое сердце на мгновение теплело.
Такой Блейк, конечно, нравился мне, но в остальном он был невыносимым и несносным мужчиной. А еще лжецом.
– Если ты вдоволь наигрался с «милашкой Лесси», то можешь идти.
Блейк выпрямился и со скромной улыбкой на губах взглянул на меня в последний раз.
– Ты права, мне уже пора. Увидимся.
Джефферсон махнул на прощание и покинул мой кабинет.
– Я надеюсь, что нет, – тихо пробормотала я.
