Игнис нашел в себе силы боязливо поднять голову. Он попытался опереться на руки и услышал хруст. Под ладонью оказались его очки, дрожащими пальцами мальчишка надел их. Погнутая оправа никак не могла найти свое место на лице.
Игнис посмотрел вперёд, мужчины с ножом здесь больше не было. Над ним стоял темноволосый мальчик, Игнис знал, что это принц — Ноктис Люцис Каэлум. Их представили друг другу ещё неделю назад, когда Игнис появился в особняке погибшей королевы. Но до сих пор сын хозяйки дома не говорил с ним, даже не проявлял какого-либо интереса, словно присутствие Игниса тут неуместное явление. Ноктис обитал в своем мире, пуская туда только неуклюжего громилу – Гладиолуса - и не замечая временного «друга», подаренного ему на каникулы.
Сейчас же наследник трона впервые пристально смотрел на Игниса. Он изучал избитого мальчишку в окровавленной рубашке. И лицо принца при этом не выражало ровным счетом ничего - ни жалости, ни отвращения, ни интереса. Бесстрастное лицо, как чистый лист.
Игнис на грани потери сознания понял, что только сейчас по-настоящему познакомился с потомком Каэума. С восхищающей и поражающей первобытной силой и властью. С восьмилетним мальчиком, способным всего одним словом смять любого человека.
После случившегося Игнис провалялся в больнице больше месяца. Его нашли на веранде заброшенного домика у озера с ножевым ранением. Газеты во всю трубили о разгуле преступности в столице, что сей бич, помимо случаев с массовыми нападениями, затронул и Каэлумов. Произошло нападение на друга принца. Этот скандал стал последней каплей, сыгравшей роль в принятии спорного решения о запрете на оружие в крупных городах королевства.
Уже спустя пару лет Игнис в полной мере осознал, что был пешкой в чьих-то руках. Сколько он не размышлял, всё больше приходил к выводу, что это мог организовать не только враг королевской семьи, но и сам отец принца.
Парень, оказавшейся в самом центре истории, видел слишком много странных знаков. Его собственное появление рядом с Ноктисом, это пусть его родители радуются внезапной возможности для их не слишком знатного отпрыска. То, с какой легкостью выродок, склонный к насилию, смог найти работу в доме короля. То, что Игнис так и не отомстил…
Мужчину, напавшего на мальчишку, чересчур быстро нашла полиция - мертвым. И, самое главное, Игнис слишком четко понимал, что появление принца не было предусмотрено в этом плане.
Парень часто думал о том, что случилось бы, если бы Ноктис не оказался рядом, если бы принц не пожелал прогнать того выродка по своей прихоти. По всем законам Игнис не должен был остаться в живых, лишь удача спасла его в тот день.
Произошедшее изменило Игниса, он слишком рано начал жить по законам взрослого мира. Помимо цинизма и паранойи, парень приобрел стойкое желание быть рядом с Каэлумом-младшим. Если бы кто-то сказал, что это собачья преданность, Игнис оскорбился бы, пусть в этом и были крупицы правды. Советник видел в их отношениях симбиоз, возвышающее ощущение, что ты нужен и полезен всемогущему ребенку.
***
-Добрый вечер! – мелодично произнес Генезис, пробуждая Игниса от глубоких размышлений.
Красивое лицо Рапсодоса расплылось в благородной улыбке. Он предусмотрительно опоздал, показывая своей выходкой, что он полный властитель ситуации. Верткий очкарик - правая рука их теневого организатора - сам идет на контакт, а это значит, им просто необходим генерал. И Генезис может набить себе цену и заставить себя уважать.
***
Перекатываясь с носка на пятку, Юффи ждала лифт. Посмотрев через плечо в огромное окно, она с досадой отметила, что ночные фонари уже зажглись: «Ровно девять часов».
Вечерняя улица, как всегда, заманчиво пестрила яркими огнями витрин и красочных вывесок, а ей так несправедливо приходилось заступать на дежурство, и как назло курсант Кисараги опаздывала. По правде, это была не её вина. Кто знал, что растяпа Тидус зальет её костюм кофе.
- Ко-о-офе!- как зомби, протянула девушка.
К нему она уже пристрастилась - дурное влияние перехода в отдел столицы! Да, кофе здесь правил бал. Это был единственный легальный стимулятор, что штабные работники признавали. Его пили литрами и галлонами, зарываясь по уши в бумажные дела порой по несколько суток кряду.
Ещё бы, это тебе не захолустье - «отдел Южного Клыка», нельзя зевать, а то живо отправят перебирать архивные записи шпионов, которые давно уже на пенсии. Да и работы в столичном отделе хватало, особенно в преддверии «Ясной ночи», как её уже успели окрестить местные сотрудники.
Одна Юффи скучала от безделья. Нет, конечно, для неё было большой честью повышение и переход в такой влиятельный отдел. Всё благодаря непутевому агенту LF 18-21, вот только благодаря ей же Кисараги сидела без дела.
Юффи из-за хорошей осведомленности назначили личным куратором новоиспеченного агента столицы – той самой Фэррон. Однако никакой информации от неё не было. Лишь крупицы упоминаний в отчетах агентов, ведущих наблюдение за принцем.
