Лайтнинг вскарабкалась в кабину. Теперь неожиданно стало страшно пронестись сквозь этот огненный коридор. А всего пять минут назад ей думалось, что она ничего не боится. Иногда так легко плюнуть и оскалиться чужой несправедливости или забыть о боли на зло кому-то. Но сейчас ей некому было противостоять, кроме себя.
«Взорвется ли машина? Скорее, первыми будут шины, тент, натянутый на кузов, точно не устоит… Всего-то выдержать метров пятьсот, там где эти твари,» - думала девушка. Главным было не попасть под прямой огонь. В таком случае она даже увернуться не сможет, ей нужно двигаться строго по одной линии. Грузовик – лишь щит, чтоб оградить вторую машину и дать добраться до безопасного места. Мысли как-то пакостно растягивались в голове, забивая сознание, как патока.
Очередной всполох огня отразился во влажных глазах, словно предсказывал самые плохие её опасения. Лайтнинг сглотнула и чуть не поперхнулась сухостью в горле, живот свело от страха. А ведь она могла сдать назад, развернуться и бежать. Бежать из этого ада, полного издевательств и страданий для неё. Забыть принца и всю его команду как страшный сон, вернуться назад на Кокон, к Сере. Лайтнинг зажмурилась и горько прикусила губу, пытаясь прогнать из головы эти мысли. Она не может так поступить, несмотря ни на что!
«Совесть, человечность, мораль, самопожертвование - быть ослепительной и обжигающей, так, чтоб эта тьма и помыслить не могла касаться тебя», - дрожь мурашками прокатилась по всему телу, уравнение сошлось, она нашла свой стержень и свет. Неважно, что думают другие, она знает, что поступает правильно. И если уж она погибнет, её самопожертвование станет проклятьем и последним плевком в лицо этим подонкам. Она не опустилась до их уровня и боролась до конца.
Озноб поднялся из живота к горлу, бодря истощенное тело. Лайтнинг вспомнила, как ехала в этом грузовике на помощь к сестре атамана. Трусить, задумываться? Нет, только неумолимо двигаться вперёд, прожигая всё на своем пути. Как молния.
Сержант Фэррон, почти не дыша, дернула разболтанный ручник, завела машину, переключила скорость и плавно начала вдавливать газ - старая машина конвульсивно подалась вперёд. Светлые глаза следили в боковое зеркало за движением пикапа. Лайтнинг оставалось надеяться только на сообразительность и мастерство очкарика, в себе-то она была уверена.
***
Он бежал на встречу чудовищу, бессмысленный крик превратился в звериный рык, разрывающий горло, легкие. Один, второй, третий …. двенадцатый вызванный меч летели наравне с Каэлумом.
Сблизившись лоб в лоб с противником, зверь ответил истошным визгом и выпустил огненный фонтан в холодный воздух. Ноктис маневрировал в клубах невыносимо обжигающего дыхания. Он, почти не задумываясь, цеплялся и отталкивался от своих клинков, парящих в воздухе, вонзая их в лапы, мощный торс. Мечи были быстрее его мысли, словно являлись продолжением тела. И вот невесомо он вскарабкался до грудной клетки зверя и загнал призванный меч в толстую шкуру. Затылок и шея холодели от напряжения, вздымая под кожей узлы вен. Цвет покинул его щеки, концентрируясь и выступая багровыми пятнами на висках. Заставляя Каэлума желать только одного - по-варварски раскроить тварь, чувствовать на своей коже его горячую кровь. Сейчас принц не видел вокруг ничего, кроме монстра, который должен был сдохнуть от его руки.
Ноктис против всех законов физики завис на высоте нескольких метров над землей и начал продвигаться вперёд. Словно сам меч стремился к сердцу гиганта. Повелитель сотни клинков видел, как раскалилась рукоять, а сталь приобрела рубиновый оттенок. Принц наткнулся на место зарождения пламенного дыхания в груди монстра.
Лонг Гуи подкосился, сминая собственные лапы. Он отчаянно продолжал извиваться в агонии. Нокт держался столько, сколько мог, пока гигант не откинул его. Парень упал на землю, но тут же резко поднялся на ноги. С силой втягивая воздух через ноздри, он наблюдал широко открытыми глазами, как величественное тело, колыхаясь, осело, олицетворяя переход от жизни к куску мяса. В последнем свистящем выдохе монстр выдал прощальный клуб огня в сторону дороги. И Ноктис протрезвел, видя, что обе машины шеренгой на скорости едут к ним.
В его голове увиденное никак не находило логики и объяснения. Грузовик огораживал от огня машину Промпто. Когда «кортеж» пронесся мимо, принц не смог разобрать, кто за рулем, увидел лишь тлеющую дыру в кузове.
С лица мгновенно стерлась кровожадная гримаса, алый цвет в глазах пульсировал, вызывая головную боль. Он прекрасно знал, что в таком состоянии его сознание могло выдержать только одну мысль, одно стремление, столь сильное и всепоглощающее, что оно могло уничтожить мир. Всякий разум покидал его голову, и он не мог адекватно мыслить, но, чёрт побери, кто был за рулем!? Он всеми силами старался справиться с собой.
***
