Мы продолжали обсуждать детали, задавая друг другу вопросы и высказывая опасения. Время пролетело незаметно. Наконец, встреча подошла к концу. Я попрощался с Кириллом и Селимом, чувствуя, как напряжение последних часов постепенно отпускает, и поднялся на лифте в свой пентхаус.
Предвкушение встречи с Еленой, смешанное с раздражением и странным, почти болезненным нетерпением, вибрировало в каждой клеточке моего тела, как будто я ожидал столкновения с ураганом.
Когда я вошёл в гостиную, Елена уже ждала меня, как я и приказал. Она сидела на одном из диванов, прямая спина и сцепленные в замок руки говорили о её непокорности. В другом конце комнаты, почти сливаясь с тенью, стоял Дастин. Заметив меня, он тут же выпрямился, молчаливо ожидая распоряжений.
– Свободен до завтра. – кивнул я ему, небрежно бросив пиджак на ближайшее кресло.
– Да, босс. – коротко ответил он и бесшумно исчез из комнаты. Дверь за ним закрылась с мягким щелчком.
Теперь остались только мы. Я и моя непокорная птичка, которая всё ещё наивно полагала, что может выпорхнуть из клетки. Подойдя к дивану напротив Елены, я неспешно закатал рукава рубашки до локтей, обнажая замученные тренировками мышцы, и удобно устроился на кожаных сиденьях, закинув руки на изголовье.
Некоторое время мы молчали. Елена упорно игнорировала меня; её внимание было сосредоточено на панорамном окне, откуда открывался вид на сверкающий огнями Вегас. Как будто этот бездушный, искусственный пейзаж был интереснее меня.
– Ты сегодня нарушила два пункта нашего договора. – наконец произнёс я спокойным, ровным тоном.
Спустя мгновение она медленно повернула голову, встретившись со мной взглядом. В её глазах я заметил вспышку гнева и мысленно усмехнулся.
Злится. Это хорошо. Гораздо лучше, чем равнодушие.
– Ты надела брюки, когда тебе было чётко сказано носить только юбки и платья. – продолжил я, наслаждаясь тем, как по её щекам разливается румянец. – И нарушила мой приказ не привлекать к себе внимания. Позволила другим мужчинам смотреть… наслаждаться видом того, что принадлежит мне. А если ты вдруг забыла, Леля, я очень не люблю, когда другие мужчины смотрят на мою женщину.
Елена резко вздёрнула подбородок, бросив на меня уничтожающий взгляд, и грациозно поднялась на ноги.
– Во-первых, твоё эго, и так уже, блядь, зашкаливает. – начала она, её голос дрожал от едва сдерживаемой ярости. – Так что извини, но я вынуждена спустить тебя с небес на землю. Ты можешь пытаться запугивать меня, избить, даже изнасиловать – всё, что придёт в твою больную, извращённую голову. Но не всё в этом мире вертится вокруг тебя, Николас. Я не боюсь тебя и больше никогда не буду твоей собственностью. Так что засунь свои «раненые» чувства знаешь куда. Я не собираюсь из-за твоих закидонов одеваться в паранджу, чтобы, не дай бог, какой-то мужчина не посмотрел на меня.
Её слова звучали как вызов, и я почувствовал, как напряжение в комнате достигло предела.
– Во-вторых, вся эта хрень, – она обвела нас широким жестом. – не продлится долго. Я буду терпеть тебя ещё двадцать девять дней, а потом с превеликим удовольствием пошлю на хер и буду искренне счастлива, что никогда больше тебя не увижу. И в-третьих, если уж решил наказать – приступай. Я хочу поскорее лечь спать.
Моя дерзкая ведьмочка… Она ещё пожалеет о своих словах.
Ухмыльнувшись, я поднялся на ноги и приблизился к Елене. Резким, но аккуратным движением я закинул её себе на плечо. Она вскрикнула от неожиданности, её руки рефлекторно обхватили мою шею, но не сопротивлялась. Её тело, такое хрупкое и податливое, прижималось ко мне, и я почувствовал, как по венам разливается обжигающая волна желания. Но сегодняшняя ночь была не о похоти и вожделении. Это был урок, который она нескоро забудет.
Оказавшись в спальне, я осторожно уложил Елену на мягкие простыни. Направившись к журнальному столику в углу комнаты, я взял необходимый инструмент для «наказания» – обычные ножницы – и вернулся к кровати. Осторожно сев поверх Елены, упираясь коленями в матрац по обе стороны от её бёдер, чтобы не раздавить своим весом, я поднял ножницы выше, и не спеша разрезал ткань её брюк сверху вниз, внимательно наблюдая за её реакцией. Елена лежала неподвижно, ни один мускул не дрогнул на её лице.
– Моя помощница, которая купила этот наряд, будет наказана по твоей милости. – произнёс я холодным, безэмоциональным тоном. – И если я найду ещё что-то подобное… я сожгу всё, что, чёрт возьми, закрывает доступ к твоей восхитительной киске.
Она думает, что я собираюсь её изнасиловать или избить? Серьёзно? Она, что ни черта не знает меня что ли? Я бы никогда не сделал с ней ничего подобного. Так же, как и не собирался просто трахать её… пока не придёт время, и только с её согласия. Мой план куда тоньше и изощреннее.
