С минуту Дэл смотрел так, будто его только что оглоушили очень тяжелым предметом. Секунда – и он сидит рядом.
–Да что случилось-то? – айн попытался взять мою руку. Воспоминания нахлынули с новой силой. Я смотрела на Дэла, а видела Стива. Что со мной? Опять схожу с ума? Мысль так и осталась на задворках сознания, вытесненная ураганом сильнейших эмоций. Даже в момент зрительной пикировки с подданным Вайса чувствовала себя уверенней. Теперь же земля ушла из-под ног.
Взгляд Стива… мерзкий, жадный, изучающий… Элла, испуганная и жалкая – птенчик, выпавший из гнезда. Айн – подданный Вайса… Умом понимала – они совершенно разные. Но бешеный наплыв чувств сносил крышу. Меня словно зомбировали. Небрис – опасность, смерть, надругательство – вертелось в мозгу.
Как назло, Дэл наклонился, попытавшись обнять. Я машинально отшатнулась, едва не распластавшись на гигантских подушках за спиной.
Айн замер. Лицо превратилось в гипсовую маску, но тотчас желваки заходили так, что мне стало не по себе.
– Ведь знал! Был уверен. Не стоит тебя отпускать с дрянями-сайхами! – зарычал древний варвар, оскалившись. – Какой из моих тысячи и одного подвига они раскрыли сегодня? В конце-то концов, сколько можно тыкать рожей в прошлое?
Я отодвинулась подальше. Переживания Дэла ударили волной такой мощи, что еще немного – и от преграды эмпатии остались бы одни воспоминания. В голове затрещало, кожу будто царапали и посыпали солью, знакомая мигрень долбила по лобной кости.
– Да прекрати шарахаться от меня, как от какой-нибудь жабы! Думаешь, ничего не чувствую? – Дэл вскочил с кровати и утробно зарычал. Звук напоминал рев льва, однажды услышанный мной в зоопарке. Звук пронесся на многие метры, и даже в самых дальних уголках зверушки забились в укрытия. Как и в тот день, я вздрогнула, обхватив себя руками по примеру Эллы, айн заорал дурным голосом: – В гробу я видел всех сайхов на свете! Ваш гребаный мир! Будь проклят день, когда ты явилась ко мне в бар, чертова женщина!
При каждом слове меня встряхивало с новой силой. Вновь копируя туристку, сгруппировалась в позе зародыша.
Древний варвар вскочил, отлетел к окну и некоторое время пялился в закрытые жалюзи сизо-стального оттенка. Челюсть и желваки непрерывно двигались, кулаки сжались, скулы предельно очертились.
Мой психоз, как обычно, сменился оцепенением. Я отстраненно наблюдала за айном и своими дергающимися ладонями. Время остановилось. Почти осязаемо тишина ложилась на плечи. Резкий звук заставил встрепенуться.
Капель? Некоторое время удивленно озиралась вокруг, ища источник… дошло… ногти Дэла продрали кожу, и теперь на деревянный паркет капала кровь небрис, темно-красными ручейками вытекая из его ладоней.
Я ошарашенно наблюдала за красным дождем… Медленно небрис повернулся… Пошел… со скоростью человека. Осторожно присел рядом, вытерев ладони о джинсы. Кровавые пятна расползлись по синей ткани, обтягивающей крепкие бедра Дэла. Я наблюдала все, как в замедленной съемке.
Айн поднял мой подбородок рукой.
– Послушай, – проговорил тихо. – Не знаю, что там стряслось. Понятия не имею, почему ты опять шарахаешься от меня. Но, Эзра, даже у такого бездушного варвара, как я, есть чувства. И если ты думаешь, что мне не больно… Должен признать, я давно (никогда – уточнил от мысленно) не чувствовал себя хуже, чем в такие минуты. Не знаю – куда себя деть. Когда пытаюсь проявить нежность, ты отпрыгиваешь, подобно газели от тигра. А когда из-за этого срываюсь, шугаешься еще больше. Я так не могу, Эзра… Даже у меня есть предел прочности… – голубые глаза темного сайха остекленели, опустели, погасли.
От этого потухшего взгляда новые ощущения ворвались в душу и тело, отчаянно сражаясь с прежними. Дэл… волнение… невесомость… слабость в ногах… теплые приливы… рваный пульс… неровное дыхание… желание прижаться к могучей груди айна и ни о чем не тревожиться…
Стив… холод… шок… сердце останавливается… тело скукоживается в комочек… страх ледяными пальцами сжимает горло… судорога скручивает мышцы узлом.
Сколько длилась пытка, не знаю. Контрастные переживания теснили друг друга, заставляя тело сотрясаться от конвульсий. Что делать? Куда деваться? Бежать! Бежать! Подальше от всех небрис! Единственная мысль, пробивающаяся в спутанном сознании, побуждала к немедленному действию.
– Что ж! – я вскочила и бросилась к двери. – Значит, нам лучше больше не видеться. Пора уезжать из этого дома!
До двери оставалось несколько шагов, когда двухметровое тело Дэла преградило мне путь. Инстинктивно отскочила. Айн зарычал… протяжно, низко. Мышцы мощной шеи натянулись так, что, казалось, вот-вот лопнут. Но когда глаза наши встретились, на лице Дэла не было и тени злости.
Темный сайх нарочито медленно развел руки и положил мне на плечи.
– Не уходи, – просьба напоминала стон.