— Тэлли, — начал он, надеясь, что она не спит и слышит его, — мне срочно нужно уехать. Мы так и не успели с тобой ничего обсудить. Прости, это полностью моя вина. Всё пошло не так, как я планировал. Но обещаю, я вернусь к тебе, и мы поговорим. Не знаю, что сказал тебе мой дед, но знай, ты для меня очень важна. И ты очень нужна мне. Я хочу… — Хейл запнулся, непривычно робея, — я хочу быть с тобой, Тэлли. Всю свою жизнь.
Он замолчал, пытаясь услышать хоть малейший звук из-за двери, но оттуда доносилась лишь звенящая тишина.
— И если ты решишь снова сбежать от меня, то запомни, где бы ты ни была, я найду тебя, клянусь.
Так и не дождавшись ответа, Хейл расстроенно ударил по двери ладонью и стремительно спустился вниз. На ходу обещая себе, что если дед его вызвал лишь для удовлетворения собственного эго, то он больше никогда не будет соблюдать ни единого дворцового правила, чего бы это ему ни стоило.
— Тэлли, это Тур, пожалуйста, открой дверь, давай поговорим, — Туррен уже в пятый раз поднимался к ней после отъезда Хейла, Креста и Иланира с гонцом короля. Хейл поддержал решение Тура и Эла остаться с Тэлли для её защиты, — Уже поздний вечер, а ты почти ничего не ела. — Он держал в руках тарелку со сладким, чтобы хоть чем-то её заинтересовать.
И, услышав заветный щелчок, сердце Тура подпрыгнуло от радости, дверь открылась, и он увидел спину Тэлли. Она уселась на кресло и обняла подушку. Глаза девушки были как два тёмных озера, переполненных слезами: «Она всё это время прорыдала», — с грустью осознал бергмар.
— Спасибо, милая, — он уселся в соседнее кресло, и поставил на небольшой столик блюдо. — Поешь, пожалуйста.
— Не хочу, — услышал он её хриплый голос.
— Милая, ради меня, хотя бы одну штучку, — взмолился Туррен. Он не знал, как помочь ей, как успокоить, но верил, что сладкое, хоть на мгновение, но улучшит ей настроение.
Тэлли бросила на него печальный взгляд и грустно усмехнулась:
— Только если ради тебя, Тур, — взяв пирожное, она откусила от него совсем крохотный кусочек.
— Как ты себя чувствуешь, милая?
— Кажется, мой мир рухнул, — глядя в пустоту ответила Тэлли.
Туррен смотрел на девушку и понимал её чувства, осознание того, кто она на самом деле, перевернули все её представление о себе и своём прошлом.
— Попробуй посмотреть на это с другой стороны, Тэлли, — начал он. — Теперь ты знаешь, что ты полукровка, владеешь магией и будешь жить очень и очень долго. — улыбнулся он, — А значит и различий между вами с Хейлом гораздо меньше, — Тур взял её за руку, когда Тэлли бросила на него испуганный взгляд.
— Ты знаешь? — удивлённо прошептала она.
— Милая, это сложно не заметить. Ты всегда так робела в его присутствии, а когда узнала, что он принц, то твоему отчаянию не было границ, хоть ты и усиленно его скрывала. Но у бергмаров очень хороший слух, милая, — бергмар сжал её пальцы, стараясь поддержать.
— А остальные…, — глубоко вздохнула, — Остальные тоже знают?
— Нет, Тэлли. Крест на меня ругается постоянно, что я сильно тебя опекаю, но только так я и смог заметить, — усмехнулся он.
— Он уехал?
— Да, ему пришлось. Для короля не имеет значения, что хочет или не хочет его внук.
— Тур, — Тэлли боялась спросить у бергмара то, что мучило её с того момента, как она услышала удар Хейла по двери. Но Туррен был для неё самым близким из всех них, он видел её страдания и боль, и понимал её, поэтому она всё же решилась задать вопрос. — Тур, а то, что он сказал…Ты думаешь, Хейл сказал правду? — срывающимся голосом, наконец, спросила она, чувствуя, как по щеке скатилась очередная слезинка.
— Прости, Тэлли, я не слышал, что он говорил тебе, — с досадой покачал головой Тур, но тут же продолжил, — Но если поделишься, то я смогу ответить тебе.
— Он сказал, — замялась Тэлли, ей было очень неловко делиться, — Он сказал, что я важна для него и что он хочет быть со мной…
— Да, Тэлли, это правда, — улыбнувшись, проговорил он.
Тэлли резко бросила на него взгляд и боялась, что бергмар шутит или что-то не досказывает, как делал это раньше, но он смотрел прямо на неё, не скрывая и не уводя взгляд.
— Откуда ты знаешь? — её всё равно не покидали сомнения. Тэлли сильно опасалась, что Туррен может подыгрывать брату. — Король сказал, что я для него просто игрушка, как и многие другие до меня, — внутри её всё сжалось при воспоминании о разговоре с королём.
