Странное утро рабочего дня, особенно если учесть, что оно первое, шеф с утра как воды в рот набрал, прямо заколдованное царство, где же в таком случае злой волшебник? Шеф на него явно не тянет, он больше на жертву похож, несмотря на все его высокомерие, а может, это у него защитная маска? К одиннадцати основные бумаги были готовы, остались кое-какие мелочи, и я решила, что самое время выпить кофе. Полезла по шкафам, но ничего, кроме бумаг и пыли, в них не было, в столе бумаги, канцтовары. Интересненько! Что за человек эта Лида Серова? Вполне допустимо, что она обедала и кофе пила в бухгалтерии, и с приятными ей людьми, но шефу-то она что, кофе не подавала? Хорошо, что я принесла кое-что с собой. Я вскипятила в маленьком электрическом чайнике воды, всыпала кофе в пластиковую чашечку, размешала, положила на блюдце два куска сахара и два печенья, взяла под мышку папку с бумагами и вошла в кабинет.
Илья Андреевич изучал какие-то бумаги и не сразу обратил на меня внимание, а когда заметил, то принял недовольный вид и спросил отрывисто:
— В чем дело? Я не вызывал вас!
— Я знаю, но часть документов готова, вот они, а вот ваш кофе, извините, что в такой чашке, но я не нашла никакой посуды, может быть, вы мне подскажете, где она находится?
Он посмотрел на меня уничтожающим взглядом и, ткнув пальцем в сторону чашки, спросил:
— Вы считаете это удачным началом своей работы?
— Илья Андреевич! Начало моей работы было вчера, когда я в срочном порядке готовила вам документы, а это просто чашка кофе, ничего в ней страшного нет, обычно положено пить кофе в это время.
— Кем положено?
— Здравым смыслом! Даже если вы нормально позавтракали, это было давно, не мешает подкрепиться, пейте, пока горячий.
Через сорок минут я занесла ему оставшиеся бумаги. Кофе был выпит, печенье съедено, а шеф стоял одетый и складывал документы в папку, чтобы взять с собой. Я поинтересовалась, куда он едет и когда вернется? В ответ получила заверение, что это не мое дело.
— А что мне говорить, если вас будут спрашивать?
Он как-то странно посмотрел на меня и молча показал на выход, я пожала плечами и вышла, он последовал за мной, запер кабинет и ушел. Как все здесь странно, очередной раз удивилась я. Шеф, который запирает кабинет от секретарши, — это пусть, он меня в общем-то не знает, но вот то, что за все утро через меня ему было всего два звонка и никто из его многочисленных сотрудников к нему не зашел, это как понимать? Как же тут дела делаются, а судя по документам, все же делаются. Ладно, дела оставим, все равно с ходу я не разберусь в здешних хитросплетениях, но вот кое-что попроще самое время выяснить, пока шефа нет. Я прикрыла дверь и пошла в бухгалтерию, дверь которой оказалась заперта. Я хотела развернуться и уйти, но потом постучала, дверь открылась. На пороге стояла женщина чуть постарше меня, одна из которых, кого я видела вчера, лицо у нее было недовольное.
— Чего вы хотите?
— Хочу кое-что узнать.
— Что именно?
— Мы будем на пороге разговаривать или вы все-таки впустите меня в эту засекреченную комнату?
Женщина нехотя посторонилась, и я вошла. В комнате были еще две женщины, обе постарше, они смотрели не враждебно, но как-то непроницаемо.
— Это не секретная комната, но все-таки бухгалтерия, а не проходной двор.
— Вчера, когда я была именно посторонней, я смогла спокойно сюда войти, а сегодня я, пусть временный, но сотрудник, пришла по делу, вы не хотите пускать меня, забавно!
— Катя просто погорячилась, — примиряюще сказала самая старшая из женщин, та самая, которую мое вчерашнее вмешательство спасло от увольнения. — Присядьте, я вас слушаю.
— Давайте для начала познакомимся, меня зовут Ася, я буду работать секретарем, пока Лида Серова болеет. А вы, наверное, главный бухгалтер?
— Да, вы угадали, меня зовут Валентина Ивановна, а это Светлана Михайловна и Катя.
— Валентина Ивановна, Лида не звонила, как она себя чувствует?
— Можно подумать, что вам это и вправду интересно, небось про зарплату пришли узнать, — продолжила Катя военные действия, но я не сочла нужным реагировать на ее вздорную реплику.
Главбух покачала головой, глядя на Катю строго, а мне ответила:
— Она мне вчера домой звонила, перелом у нее сложный, как долго будет срастаться кость, она не знает. Рука болит сильно, дома муж и ребенок, а делать она ничего толком не может.
— Жаль, что все так получилось, я желаю ей побыстрее выздороветь, но в любом случае я здесь только на время ее болезни и не собираюсь отнимать у нее работу. Так что если вы злитесь на меня из-за этого, то напрасно. — С этими словами я обвела взглядом всех троих.
— Нет, не поэтому, — вступила в разговор Светлана Михайловна, — но вы ведь что-то хотели у нас спросить?
— Да, я хотела узнать у вас, где посуда? Женщины при этом простом вопросе воззрились на меня так, словно я сказала что-то неприличное.
— Посуда? Какая посуда?
— Насколько я знаю, в любом офисе положен определенный набор посуды, которая обычно хранится у секретаря, но я посмотрела во всех шкафах и ничего не нашла. Вы дружите с Лидой, может быть, что-то знаете о посуде?
