Оба гнола, все так же фыркая и тряся мордами, скатились с лошадей, застыв над мальчиком и оглядываясь. Но никого рядом не было. Только непонятная сила, рвавшая ветром листву с деревьев, ломавшая ветки и прижимавшая Кахира к земле. Остальных она будто не замечала, лишь оттесняя от испуганного ребенка. Сауле, кое-как прочистив глаза, спрыгнула с беснующейся лошади, птицей застыв над сыном. Только краем глаза ей удалось заметить неясные тени, носившиеся вокруг их компании. Тени то отдалялись, вихляя, то резко приближались, стараясь отбросить Сауле, открыть для других сжавшегося ребенка.
— Да что же вам нужно? — в отчаянии закричала Сауле, обращаясь к невидимым сущностям.
Гнолы дернули ушами, прислушиваясь к злому реву ветра.
Обезумевшие лошади, словно по команде, сорвались в галоп, стараясь убраться от проклятого места подальше.
— Я же помогала приглядывать за вами, — сквозь слезы прокричала Сауле.
Ветер становился сильнее, тени отчетливее. Уже нельзя было поднять голову, казалось ее оторвет напрочь разъяренной стихией. Гнолов, словно легкие бочки, отодвигало все дальше. Те сопротивлялись, цепляясь когтями за землю. Пригибались все ниже, в попытке прорваться к порученным им людям.
Ветер утих резко. Сауле от неожиданности чуть не придавила Кахира, а гнолы рванули вперед, к ней, словно сорвавшиеся с поводка псы.
Сауле недоуменно огляделась. Оказывается, тишина наступила только возле них. Там, за невидимым куполом, все так же бушевал ураган. Раздосадованные тени кружились у неизвестной границы, словно скрыги у трупа.
— Это как? — прошептала Сауле.
Под ней зашевелился Кахир, скидывая с себя руки матери. Поднялся во весь рост и глядя перед собой произнес:
— Спасибо.
Сауле встала, удивленно оглядывая то место, к которому обращался сын, и испуганно дернулась, когда там проявилась фигура. Вся словно из нитей света, белая и сверкающая, она одновременно и была похожа на человека, женщину, и не была.
— Уходи отсюда. В этом виде тебе не стоит появляться в таких местах, — тихо прошептало видение. — А тебе спасибо. Только твое прошлое помогло сегодня.
Кахир кивнул и развернувшись пошел в противоположную от капища сторону. Сауле, ненадолго застыв с открытым ртом, кинулась догонять сына. К кому обращалось видение она так и не поняла, но главное уловила — нужно уходить. Гнолы, постоянно оглядываясь и фыркая, шагали следом.
Далеко убегать лошади не стали. Стояли в сотне метров и мирно щипали траву, словно их здесь и оставили.
***
Сауле накрыло приятными воспоминаниями. Именно эта часть путешествия запомнилась ей ярче всего, именно здесь она тогда чувствовала себя в наибольшей безопасности. Как и прошлый раз в начале деревни их встречала группа крепких мужчин. Только сейчас была середина дня и одежды на жителях были похуже.
— Сауле? — удивленно вздернул рыжие брови ничуть не изменившийся старший деревни, Михаль.
— Ясного дня вам, Михаль, — широко улыбнулась Сауле, останавливая лошадь и осторожно с нее спускаясь.
Гнолы спешиваться не торопились и Кахиру не позволили, удержав чуть не сверзившегося мальчишку крепкой рукой и не обращая внимания на возмущенное попискивание.
— Меша в помощь, — Михаль все так же удивленно обвел взглядом всю компанию.
— Михаль, мы можем… переночевать? — осторожно спросила Сауле. Несмотря на надежду, она прекрасно припоминала, как именно расстались этот мужчина и Анвар.
Михаль уловил заминку в словах девушки, но еще лучше он заметил мальчика, пусть и сопевшего возмущенно, но выглядевшего вымотанным.
— Проходите, — качнул он головой согласно. — Лошадок вон, Срочке отдайте, — кивнул он на любопытного мальчишку, выглядывающего ясным серым глазом из-за края забора.
Сауле на мгновение застыла, открыв рот. Помимо вихрастого паренька она заметила за спинами местных абсолютно запредельное зрелище: там, обнаженный по пояс, снизу облаченный в серые полотняные штаны, заправленные во все еще хорошо выглядящие сапоги из черной кожи, стоял демон. Мальчишка, когда-то приведший сюда отряд преследователей. Тот, кого не добил Анвар и пожалел Михаль. Из-за которого и расстались мужчины недовольными друг другом. Его выцветшая от солнечного света кожа приобрела цвет летнего неба. Шипы немного подросли и сияли белоснежными облаками в этом небе. В сочетании с горящими алым глазами зрелище выглядело поистине запоминающимся.
Демон смущенно улыбнулся, понимая, что именно он стал причиной такого поведения, и помахал Сауле рукой.
— Спасибо, — смутившись отвела Сауле взгляд от темного и, обернувшись к своему маленькому отряду, велела, — Фаат, Мас, спешиться.
Гнолы, фыркнув, послушно спрыгнули на землю. Фаат, с которым сейчас ехал Кахир, осторожно снял того с коня и, поставив на землю, отодвинулся ему за спину.
Лошадей увели, а смущенно переминающихся путников дальше повел Михаль, параллельно отдавая распоряжения своим людям.
— Ты с дитем, как и тогда у Грайки станешь, — загудел Михаль разобравшись со своими, — а мохнатых…
— Михаль, — перебила Сауле осторожно, — они от него не отойдут.
