В моём молитвослове с каждым годомВсё прирастает список о живыхЛюдьми, чьи имена уже не помню.Чьи лики, став молитвенным изводом,Так неподобны стали лицам их,Что, встретив их, я их едва ль узнаю.Чьи спины скрыла синева густая,И шаг их тишина туманом кроет,И от кого годами нет известий.Чьи голоса застыли неуместноВ плетеньи слов нездешнего покроя,Людьми, которых дружбой не неволю —И писем уж давно от них не жду.Чьи образы без слов напоминаньяУж не предстанут памяти моей,О ком и память стала лишь как отзвукМоих глухих, давно забытых дней,И моего истёртого преданья.О ком и сны мне их самих милей,О ком молва не донесёт приметы,О ком друзья не донесут молвы,Не знаю, где они теперь – все там же ль, нет ли?Не знаю даже, живы ли они.
IIВ моем молитвослове год от годаИмён умерших длится поминанье.И имена их – словно корни детства.Что проросли через веков породу,И напитали память и сознанье,И, жилы заплетая, стали мною.И моя память им рукой скупоюНесёт оброк просфорочного хлеба,И в тишине ночной поёт молитвы.О, если голосу живых внимать могли б вы!О, память моя! нищая, слепая,Страницы твои ломкие листая,Дай мне их рассмотреть – твоих нетленных!Я из последних, кто ещё их помнит,Кто молится о них, давно забытых,Когда ж иссякнет наконец моя молитва
И станет некому о них замолвить слово,Они исчезнут в сонме безымянных.Мой скорбный список полон именамиЛюдей, которых помню молодыми,Людьми, кого не видев никогда,Я знаю лучше, чем иных живущих,И помню их моложе, чем я самСейчас есть – я, когда перебираюИх имена – их, так давно умерших.IIЯ почтальон. Мой адресатов списокРастёт от года к году все длиннее,И всё размашистей лежат мои маршруты.Всё дальше тот, что был когда-то близок,Всё ближе даты. Память всё вернейО неоплаканных, непрожитых утратах.Так вот предназначенье моих дней:Всё отнимать от вечности короткойИ жить в долгу у памяти скупой.Мотив является. Стучится на постой.Зачем явился? Песня твоя спетаКак колыбельная – проста и неодета,И не придумаю, кому её отдать.IIIКому вручить сокровище такое?Мой список полнится умершими людьми.В любом оконце слышится мне пенье,И в каждом доме горницы светлы,И хочется, уставши от ходьбы,Чужим рукам отдать письмо чужое.Письмо от мёртвых в области живых,Вложить, заставив петь их поневолеМотив, что пели девочке чужой,В руках вертя веретено чужое,В чужих посёлках, в городах чужих.IV
