Что ж, это, действительно, были впечатляющие новости… Они сегодня понадобятся.
— Все-таки решили вступать в дело, как потерпевший? — спросил следователь. Влад сидел в его кабинете в Аскольдовом переулке, машину снова пришлось бросить черт знает где, на большом расстоянии от места назначения. Это очень раздражало, пришлось приложить усилия, чтобы отвечать спокойно.
— Да. Решил вам немного помочь. — Соответствующие документы он уже подписал. Это было странно — требовать признания потерпевшим по делу об убийстве людей, которых при жизни не знал. Но это давало возможности по закону, в том числе — влиять на ход следствия… Однако пока Влад решил просто кое-что рассказать.
— Как это? — удивился Дорошенко.
— Я тут понемногу информацию собираю. Поскольку у меня теперь есть контакты на месте, в Каластане, где жила Злата… Давайте так. Вы эту информацию получить сами не сможете. Ни процессуально, ни как-то еще. Я вам хочу помочь. Но под протокол я скажу только: «мне стало известно».
— А это имеет отношение к делу? — спросил следователь. Голос его отдавал скептицизмом.
— Это вы сами решите… Но вот что я вам расскажу. Помните, я говорил, что муж Златы, Искандер Талаев, был по национальности хасанийцем? Это небольшой народ, коренной для Каластана… — Влад рассказал основные сведения о хасанийцах, а затем — о том, какие у них обычаи относительно подчинения воле старших, и о том, как заключаются браки.
— Я помню, вы говорили, хотя и не так подробно. Но при чем здесь это?
— А вот причем. Вы, наверное, помните, у меня сразу возник вопрос: а как же Злата, русская по воспитанию, хотя и наполовину украинка по крови, стала женой хасанийца?
— Да, вы говорили. Но причем здесь..?
— А вот причем. Я достаточно долго прожил в Хасанкале, пока решал вопрос с наследством. Общался с людьми. Видел нескольких женщин, явно русских, которые были женами хасанийцев. И все — из очень состоятельных семей.
— Ну и что? Если ваша сестра была такая не одна, тогда… что тут удивительного? — Следователь, как часто бывает, просто не хочет воспринимать новую информацию, новую версию. Ничего необычного. Надо будет убедить.
— Странно здесь то, как они там вообще оказались… Поэтому… я попросил собрать для меня некоторую информацию. И зацепился за одну историю, связанную с Украиной. — Он рассказал, как имя и дата рождения вывели его на Ингу Скоренко, которая теперь стала Ингой Халединовой. — Теперь я знаю, что это — один и тот же человек.
— Откуда? — Теперь в тоне следователя была заинтересованность.
— Одна человек, который знает Ингу в Каластане, узнала ее на старой фотографии, из статьи о ее печальных приключениях в Турции. — Влад не стал говорить, что человек этот — в Киеве. Пусть следователь думает, что речь о ком-то из его знакомых в Каластане. — Я лично ее не знаю. Ее муж — сын начальника полиции Хасанкалинского района.
— Интересно… И что?
— А вот что. Во-первых, я попросил… собрать информацию еще и о прошлом Златы. Оказалось, что она тоже время была под арестом, только в России. В Южанске. Якобы дело о мошенничестве, но мне еще не удалось узнать, чем это дело закончилось. Но… если смотреть на время, то как раз вскоре после этого, она и вышла за Искандера Талаева.
— А во-вторых?
— А во-вторых, я запросил еще и информацию о других «русских» жен хасанийцев. Список не полный. Мне неизвестно, сколько их всего, — пояснил Влад, но не стал рассказывать, что это — данные только с одного, хотя и крупнейшего в Каластане, банка. — Вот только… не все из них — россиянки. По меньшей мере девять — имели гражданство Украины. Одна сохранила его до сих пор… Вот список. Всех проверить не успел. Но по двум обычный поиск в Интернете по имени, — по девичьей фамилии, — показал, что они были арестованы. Одна — в России, другая — в Турции. Видимо, ее тоже выдали… И это тоже было незадолго до того, как они вышли замуж.
-И какие выводы вы из этого сделали? — Теперь следователь смотрел на Влада совсем иначе.
