Именно это правосознание заложило основу новой христианской культуры, носительнице высшего достоинства и истинного благородства в человеческом роде. Христианское правосознание давало людям определенное мерило совершенства. Оно указывало, чему должен служить правитель, какова высшая цель государственного единения людей, и тем самым, безошибочно определяло, кто призван стать во главе христианской державы. Так закладывался священный фундамент новой государственности, возвращавшей человека к первоначальным истокам духовной традиции. Христианская вера пропитывала общественный строй духом солидарности, духом органического единения, тем духом, который аккумулирует все духовные и физические силы этноса и лежит в основе «духовной гениальности народа», – по словам И.А. Ильина.
Христианская вера осмыслила по-новому и облагородила само понятие права и государственности. Она пробудила в людях самые благодатные силы любви и совести, которые облагораживали правосознание и давали ему непоколебимую опору. С утратой истинного христианского правосознания мы разучились различать добро и зло, кризис охватил все сферы бытия. Кризис системный с неумолимой логикой разрушения, где последней жертвой будет сама человеческая душа. Правосознание, утратив свои божественные истоки, стало беспочвенным, отвлеченным и мертвенным. Оно уже не может исполнять той роли, которую оно призвано играть в человеческом сообществе, объединенном в государственный организм. Утрата внутренней структуры этого организма, оживляемой истинным правосознанием граждан, неминуемо ведет не только к гибели конкретного государства, но и к гибели самой идеи государственности. Хаос наступает на космос бытия. Современная юриспруденция, опирающаяся на бездуховный формализм, стала источником разлагающих влияний правосознания. Именно здесь лежит корень общего кризиса современной формы государственности, которую невозможно преодолеть без возвращения к духовным корням человеческого общежития.
Сколь ни кичилась бы современная демократия своей победой над коммунистической доктриной, она все равно этой самой доктриной изначально побеждена и усвоила себе ее самые ключевые идеологические посылы.
Формула духовно выродившегося и нравственно разложившегося правосознания была сформулирована теоретически марксизмом и применена им в революционной практике. Марксизм учит: «Государство есть совокупность равных человеческих индивидуумов, которые суть есть не больше, чем материально детерминированные существа, подлежащие количественному измерению и счислению, которыми исчерпывается вся их суть. Государственная власть – это обычный хозяйственный механизм, который организует эту количественную массу».
Совершенно в духе этой концепции думают и действуют все эшелоны власти в современной Российской Федерации. Современное состояние правосознания характеризуется следующими родовыми чертами, унаследованными от марксизма в исконной идеологической чистоте!
В первую очередь отметим отрицание духа, духовной личности, веры, религиозной основы права как самостоятельной ценности. Затем: сведение всей человеческой жизни к материальным процессам. И, наконец – вера в механический закон управления человеческим коллективом. Много рассуждая о правах личности, современное государство и правосознание личность в вопросе государственной политики и экономических преобразованиях не учитывают, ее просто нет как субъекта права.
Если вы попытаетесь мне возразить и сошлетесь на конституцию, где по поводу личности написано немало слов, то я вам замечу, что нигде нет ни слова о том, что же современные власть предержащие понимают под этим словом. А они искренне полагают, что личность – это всего лишь фетиш, впрочем, весьма необходимый в современной политической магии управления сознанием масс, и ничего больше!
Современное правосознание не заслуживает даже этого наименования. Оно отрицает право человека, в первую очередь как право проявления его духа, его духовной, религиозной свободы и утверждает доктринальный произвол во всех сферах современной общественной жизни.
Такая практика есть последняя степень разложения всего государственного организма. Коммунизм в этом вопросе достиг дна. Демократия достигает. Причем российская специфика состоит в том, что разложение демократического правосознания и его институтов происходит не менее быстрыми темпами, чем и коммунистической доктрины в прошлом. В определенном смысле современный либерализм еще менее жизнеспособен, чем державшийся на крови и страхе большевизм.
Без последовательной христианизации всего государственного организма дно будет достигнуто очень быстро и падение будет очень болезненно.
Личность и государство – вот тема, обсуждавшаяся еще недавно везде и всюду и вдруг незаслуженно забытая нашей общественностью.
