Но горе тому государству, которое только подразумевает в своих гражданах нравственные достоинства. Если в обществе не будет силы, которая будет неустанно воспитывать в гражданах нравственное достоинство, то государственные инициативы перестанут находить в социальной среде всякое понимание и живое соучастие.
Верно и обратное. Государство обязано иметь и декларировать единую и высшую цель своего существования. Оно призвано служить этой цели и постоянно находится на необходимой нравственной высоте. Чтобы соответствовать своему высокому предназначению. Аристотель говорил, что государство создается ради: «прекрасной жизни». Христианство уточняет: «Государство призвано служить делу Божиему на земле». Государство должно служить делу Божиему на земле не в церковных формах, не поглощая и не заменяя собой Церковь, но исполняя свое предназначение быть крепкой внешней оградой Церкви. Именно в таком государстве человек получает необходимые нравственные ориентиры для акта волевого принятия общественного правосознания и государственного патриотизма в качестве своего собственного свободного выбора. У такого государства, несомненно, будет совпадать политический акт и объективная безусловность государственной цели, как о том говорили мудрецы древности от Конфуция и Лао-цзы до Гераклита, Платона и Аристотеля. Политика будет являться орудием, средством воплощения, осуществления высшего задания государства, должна служить высшей безусловной ценности данной государственности. Сущность государства состоит в том, что оно имеет, а граждане это признают и принимают как нечто глубоко личное, как свою реликвию, единую общую цель, единый интерес, который выше частных интересов и целей, потому что объективно имеет прямое соприкосновение с божественным замыслом о народе. И такое государство есть и пребудет духовной общиной.
Кризис современной государственности состоит в том, что люди, сограждане давно перестали быть солидарны между собой в главных вопросах правосознания, в вопросах целей и задач государственного института как такового. Люди выступают конкурентами, но не сотрудниками. В государственной и политической жизни они частные лица, но не граждане. Их жизнь не выходит за рамки частных интересов, которые все более и более сужаются до размеров материального благополучия, понимаемого всеми по-разному, но эта разница есть лишь количественный показатель, не влияющий на качественную деградацию личности, которая потеряла способность мыслить государственно и патриотично. Люди склонны не к сотрудничеству. А к борьбе. Их внутренняя жизненная установка далека от политической и государственной целесообразности. Политика есть солидарная деятельность социума вовне ради единой и общей цели. Этой внешней цели у народа и его отдельных представителей во власти сегодня нет. Тем не менее власть продолжает пользоваться риторикой из времен государственного периода России и политическим словарем того же периода, который не отражает вообще никакой реальности на современном политическом и социальном ландшафте страны.
Дух народа, национальная культура, государственное устройство, властные институты, законодательство, правопорядок и суд, гражданское согласие и нравственное здоровье – все это суть предметы, которые в совокупности и дают понятие, что же есть для нас наша Родина. Эти понятия должны быть общими для всех граждан. Каждый из нас является сыном своей отчизны, субъектом права и гражданином лишь постольку, поскольку вообще существует единство в восприятии людьми вышеперечисленных аспектов национальной жизни. Без этого никакая великодержавная риторика не спасет нас от государственной гибели и конечного нравственного разложения. Аристотель и Гегель были совершенно правы, когда говорили, что государство всегда предшествует гражданину. Государство есть необходимое условие существования гражданина. В случае распада государства граждан не останется, останется количественная качественно недифференцированная человеческая масса, в которой уже не будет места личности. Спасение государственности в России сопряжено и со спасением самого нравственно глубокого понятия личности и ее духовного достоинства. Каждый человек на этом пути обязан утвердить в своем личном правосознании не просто идею государства, но священную идею государственно оформленной родины отцов и дедов, родины даровавшей нам вечную жизнь в духе и вере. Это путь к обновлению и возрождению государства на твердом творческом фундаменте истинного христианского, личностного правосознания. Интерес своего государства необходимо принимать сердцем. Ибо такое государство воспринимает как свой собственный духовно-верный и справедливый интерес личности. Каждый такой интерес принципиально включен в систему общегосударственных интересов.
