Лика
Мы молчали всю дорогу в город. Разговор не клеился и дальше бытовых фраз не шел. Я чувствовала, как в Илье бурлит что-то мрачное и злое, но не понимала, чем я его так разозлила. Он хотел, чтобы я поцеловала его, но почему-то рассердился. Я вновь погрузилась в созерцательное безделье, с головой уйдя в свои мысли, настолько, что даже не почувствовала, как меня обволакивает знакомое сияние. Я дернулась, осознав, что отнимаю энергию без спроса, практически на автопилоте. Илья привез меня прямо к моему дому, а ведь я точно не называла ему адрес, сухо кивнул на прощание и уехал. Я поднялась в квартиру и позвонила Ксю. Меня переполняли эмоции и сомнения, хотелось высказать хотя бы часть, чтобы ослабить напряжение. Я ждала звонка от Ильи каждый день, стала рассеянной, постоянно ошибалась на работе, начинала фразы и забывала их закончить. Я вновь спряталась за ширмой отстраненности и внешней холодности. Пять дней прошли как в тумане. Я надевала наушники по пути на работу, и прокручивала одни и те же песни, переживая заново моменты из наших встреч с Ильей, словно клипы. Я напугала и оттолкнула его. Что ж, это не удивительно. Слишком много пунктов против. Я пробежалась по своему виртуальному списку, подчеркивая несуразности. Ненадолго вспыхивала надежда на сделку, что мы заключили, но тут же таяла. Воскресная прогулка стала прощальным подарком за выполненную работу. Я дала ему всё, что могла. Меня прошибал холодный пот, едва я задумывалась о том, что принимала его отчаянную тьму за вожделение, а на самом деле - это желание убить меня. Я уже ничего не понимала, разум затуманили чувства. Я хотела быть с ним так сильно, что хотелось закричать. Жажда накатывала волнами, заставляя до боли впиваться ногтями в ладони. Я хотела его, но продолжала молчать. В пятницу, как обычно, в ход событий вмешалась Ксю. Я пряталась от неё за дежурными фразами, но подруга знала меня как никто, несмотря на то, что не была вампиром и не разделяла некоторые мои привычки. Она просто любила меня и принимала как есть, со всей тьмой и светом. Отношения с Сержем у неё так и не наладились, так что нас обеих штормило до дрожи в коленях и истеричного хохота. Общими усилиями мы придумали тему вечеринки, вспомнили старый анекдот про Джозефину и в результате я надела длинную юбку с белой блузой и корсет, подчеркивая грудь так, что Ксю, хохотнув, сравнила меня с девушкой из баварской пивнушки. Подруга надела шелковые шорты, свободный короткий сарафан и шпильки, подчеркивая и без того бесконечные ноги. Две Джозефины, сгорая от нетерпения и предвкушения нужной встречи, явились в клуб как раз к полуночи. Удивительно, но из всей компании за столом сидел только унылый Серж. Роскошный веник из ярких гербер с хризантемами стоял в вазе, дожидаясь прихода Ксю. Я не мешала голубкам ворковать, почти сразу ускользая на танцпол. Илья смотрел на меня во все глаза. Он не улыбался, не подмигивал шутливо, как раньше. Тяжелым, мрачным взглядом он следил за каждым моим жестом, забыв про остальную публику и про работу. Я танцевала только для него, рассказывая ему каждым движением, как потеряла голову окончательно. От него, из-за него. Сочетание страсти и эротики - фламенко и стрип-пластика - я отрывалась на всю катушку, зная, как выгляжу в этот момент. Илья как обычно стоял в тени диджейского пульта, а я, не скрываясь, танцевала прямо перед ним. Я прикрыла глаза, когда диджей поставил мою любимую медленную песню в хардовой обработке, и почти невесомо коснулась Ильи. Его аура все так же сияла, нестерпимо яркая, манящая, прекрасная и ничем не скрытая. Ни зеркал, ни щита. Он ждал меня и был готов утолять мою жажду. Я погладила его по лицу, не подходя ближе, не прикасаясь. Обняла себя за плечи в танце, плавно соскальзывая вниз и поворачиваясь к нему спиной. Я купалась в льдистом голубом серебре его энергии, вбирая ее в себя. Я сняла все барьеры. Сердце глухо и тревожно стукнуло. Я сбилась с шага, не очень грациозно опустила руки, подхватывая длинную юбку и чуть приподнимая над полом подол, открыла глаза. Боль обрушилась на меня ослепительной обжигающей вспышкой. Сеть! Я замерла на мгновение, удерживая угасающее сознание. Ощущение присутствия Ильи исчезло. Тьма и боль окружили меня со всех сторон. Что ж, вот она - расплата за удовольствие и кусочки счастья. Виновата сама.
Илья