Между тем Коркоран продолжал говорить, раскачиваясь как пьяный. Доран видел, что глаза его были мутны и словно хмельны.
- Вот и вся история. Разумеется, для этих джентльменов это был удар. Я же в полной мере понял милорда Чедвика. Он и вправду отомстил - изящно и остроумно, хоть и не по-гамлетовски. Ну и, разумеется, по "Атенеуму" и другим клубам долго гуляли слухи. Некоторые, исполненные благородного негодования, спрашивали меня, не собираюсь ли я "восстановить справедливость"? Даже если я не дал бы Чедвику слово не выходить из его последней воли, я и тогда не дал бы им ни гроша. Признаюсь как на духу, Доран, - повернулся он к священнику, - порой я ... Чедвик запретил, но я думал... просчитывал варианты... Я хороший стрелок и фехтовальщик. Я мечтал "отправить отравленную сталь по назначению..."
Но потом подумал... - Он умолк, уставившись в землю, помолчав с минуту, тяжело вздохнул и продолжил, -
"Так трусами нас делает раздумье,
И так решимости природный цвет
Хиреет под налётом мысли бледным,
И начинания, задуманные мощно,
Сворачивая в сторону свой ход,
Теряют имя действия..."
Я сглупил. Сглупил, ибо невольно, неосмысленно, бездумно двинулся по пути Гамлета, слишком слитого в сознании с Чедвиком. Порождению мёртвой утробы, подумал я, как легко мне нести в мир смерть. Вокруг меня и впрямь всегда было много смертей. Я - искушение, ибо надобно быть искушениям, но видит Бог, я не искушал. Искушались мной. Нет, решил я, "отмщение Господу - и Он воздаст". Даже если я не доживу, и не увижу - Он воздаст... - Глаза Коркорана налились слезами, - Несчастный, смертельно больной Раймонд! Только потому, что одному не пошла карта, а другой имеет склонность к гульбе... "С какой же безраздельностью весь мир заполонили грубые начала ..."
Коркоран повернулся к Дорану.
- Гамлет не хочет мстить, Доран, ибо отторгает месть как неверие в промысел Божий. Но когда я приехал сюда - я подумал... Я увидел в этом некий промысел. Здесь, на моём пути... Сжалься, Господи, сжалься надо мной... Я говорил себе, что у меня извращённое, преступное и болезненное чувство чести, что возмездие может покарать, но и справедливый мститель, отомстив, станет убийцей - когда ты уничтожаешь врага, ты уничтожаешь свою душу... Но я не могу их видеть, я не могу больше. Ад - это место, где на земле пребывают люди, снедаемые жаждой мести, - Коркоран страшно потемнел лицом. - Когда вы передали мне, Доран,
Доран кинулся к нему и что было силы встряхнул за плечи - ему стало страшно: глаза Кристиана меркли. Тот вздрогнул, опустил голову вниз, потом снова поднял глаза. Он словно проснулся. Несколько минут приходил в себя, потом снова заговорил.
-Теперь вопрос к вам, Бэрил. Всё это я нигде ещё не оглашал. Но вы дороги мне, сестра, и этот весьма веский повод заставил меня сказать правду. Кого из этих двоих господ вы хотите видеть своим мужем?
Глаза мисс Стэнтон были сухи и пусты. Доран поднял глаза на Коркорана. Всмотрелся в лицо снова. Его все-таки одурачила эта глупая девица?
-Between two evils tis not worth choosing. Я не выйду ни за кого.
Коркоран удовлетворённо кивнул.
-Через неделю я покину Хэммондсхолл, сестра, и мне не хотелось бы оставлять вас без попечения...
Доран вскинул на мистера Коркорана недоумевающие глаза. Черт возьми, что происходит? Он собирается уезжать? Кто же лжёт?
-Я могу дать вам, дорогая кузина, совет предпочесть более достойного человека, чем те, о ком я вам рассказал. Я говорил, что мистер Доран, на мой взгляд, будет вам достаточной опорой. Правда, я хотел бы просить вас не оглашать вашу помолвку до того часа, когда я покину имение, - обронил он так, словно всё уже было решено. - Дело в том, что я вынужден был сообщить мисс Морган, что твёрдо решил жениться на вас, ибо это было единственной возможностью провести последние дни в Хэммондсхолле в покое. Если она узнает, что я солгал...
