– Лайне, это уже наша проблема, – устало отозвался Роган Хаас, и я в который раз удивилась, насколько они с Этаром похожи. – Клянусь, мы сделаем все, что в наших силах. За ними будут присматривать денно и нощно… Не плачь, девочка! Знаю, ты – лучшая лекарка Южной провинции, брат рассказывал, но…
Он все же это сказал.
– Боюсь, помочь им уже никто не в силах.
– Мы уезжаем сегодня же, – заявил Антор. Оказалось, за эту ночь поймали всех, кто был причастен к нашему похищению. Их ждал суд по законам племени Аров. – Девочки мои, соберитесь! – он повернулся к Трисс, по лицу которой текли слезы. Сайари же сидела, словно замороженная. – В Кемире слишком много горя и бед, над которыми можно рыдать день и ночь напролет…
И тут я решилась. Нет, рыдать мы не будем, потому что…
– Мы остаемся, – сказала Антору.
Я не могла вот так взять и отправиться на Север, к моему деду… Ведь там, в холодных скалах Мервянных Гор мое сердце обледенеет от мысли, что я оставила в Гридаре тех, у кого нет надежды, так ее и не подарив! Магистры со мной не согласились. Давящий, тяжелый взгляд Темного мага означал как минимум единицу по некромагии.
– Бред! – воскликнул он. – Мы уезжаем после обеда. Все, точка!
Антор его поддержал. Хорошо, хоть магистр Ваз ушел наверх, мой драгоценный рыжеволосый братец увлекся жареным гусем, а молодые драконы не понимали причину спора, зато ответственно не спускали с меня глаз.
– Нет, магистр Шаррез, мы уедем завтра, – я повернулась к Рогану Хаасу. – И мы с радостью примем приглашение посетить коронацию…
Судя по взгляду Темного Мага, мне грозила не только единица, но и пожизненные дополнительные занятия на кладбище на весь курс вперед. За дурость.
– Мы с удовольствием задержимся в Гридаре еще пару дней, – заявила Трисс, изо всех сил пнув Светлого мага в лодыжку. – Не так ли, любимый? – спросила у скривившегося жениха.
– Конечно! – добавила Сайари кровожадным тоном. – Я тоже не могу понять причину возражений магистра Шарреза! Вчера вы были совсем… Отнюдь не против, – судя по ее голосу, речь шла вовсе не о поездке на Север. – Так что же случилось с вами за эту ночь?! Какая муха вас укусила, дорогой учитель? Неужели та, которая разносит страшную болезнь под названием «нерешительность»?
Иддилин сдавленно усмехнулась. Браться Хаасы уставились на смущенного мага, их взгляды не предвещали ничего хорошего. Могу представить, что они подумали! А ведь Сайари спала тихо и мирно в своей комнате, что по соседству с нашей…
– Что это такое?! – возмутился Темный. – Бред какой-то! – маг обвел взглядом людей за столом. – Демоны, почему я должен оправдываться?! – завопил он. – Я ее и пальцем не тронул!
Судя по недоверчивым взглядам, ему не поверили. Слишком уж многие видели, как они целовались в подземелье.
– А ну-ка, моя дорогая ученица, выйдем… Я кое-что тебе объясню!
– В вашу или мою комнату, магистр?! – противным голосом осведомилась Сайари.
– Не угадала, адептка Рисааль. Мы выйдем… вон в тот чудесный дворик! – рявкнул Темный маг, схватил Сайари за руку и потащил к входной двери.
Растерянный Антор остался один, и мы быстро его уломали. К хорошему или плохому – еще не знала, но странные предчувствия бередили душу. Мне казалось, что я поступаю правильно, и этот вечер многое решит. Расставит в новом порядке, в котором и мне найдется место. Именно мое, правильное место.
Эти предчувствия шли, скорее, от моей второй ипостаси. Я никогда не была сильна в предсказаниях, зато из памяти драконицы иногда всплывали отрывистые куски о посвящении в неизвестный женский Орден, связанный с прорицателями. Но сколько бы раз я ни обращалась к Аришше, драконица не могла собрать целую картину из разрозненного вороха воспоминаний. Магистр Ваз хорошо поработал!
Вскоре после завтрака он зашел попрощаться. Постучался в мою комнату, сказал, что отправляется по делам в посольство Островного Королевства. Вернется вечером, как раз перед коронацией, но оставляет своих цепных… дракончиков меня стеречь. «До вечера, любовь моя!» – поцеловал в лоб и ушел, оставив в растерянности. Ненадолго. Следом за ним в небольшую комнатку с застеленной белоснежным покрывалом кроватью и взбитыми подушками, со скрипучим темным комодом и туалетным столиком, на котором Трисс успела выложить все наше «богатство» – украшения, подаренные ей Антором, а мне – Осгорном, поднялся Этар Хаас. Тоже, чтобы попрощаться до вечера.
Молодец, Лайне! – сказала я себе. Так долго бегать от парней в Волчьем Долу, дожидаясь, пока не появится один-единственный, чтобы влюбиться раз и навсегда, и… Выходит, обзавелась двумя!
– Только не вздумай извиняться за своего отца, – сказала я Этару, когда он разжал руки, выпуская меня.
Утренний поцелуй, что может быть лучше? Если только два, а затем дневной и еще вечерний. В его объятиях я забывала, что мы стоим по разные стороны. Тиринги и Кромунды. Новые порядки и огонь «Ангихора». Как бы я хотела довериться… Доверять ему!
– Не вздумай себя винить, – вместо этого сказала Этару. – Я даже рада, что это произошло со мной… Вернее, что со мной ничего не произошло.
