В одну минуту я хочу оградить ее от всего зла в мире, включая себя. А в следующую устраиваю беспредел, например, терся членом вдоль ее прелести, пока не задел ее клитор, и она не кончила. Все для того, чтобы заставить ее подчиниться и убедить упрямую маленькую девицу согласиться с нами.
Клянусь, она меня доконает.
Может, стоит переосмыслить безбрачие? Неа.
Я рискну. Риск и награда и все в таком духе.
Запрыгнув в наш самый простой автомобиль, затемненный «Тахо» с тонированными пуленепробиваемыми стеклами и спрятанным в нем оружием, я завожу двигатель и выезжаю за ворота. И тут же звонит мой дед, Артур-старший.
Как раз вовремя.
Нажав «принять» по блютузу, я продолжаю ехать окольными путями, чтобы отбросить потенциальные угрозы, пока разговариваю с дедом.
— Привет, дед, как поживаешь?
— Мой любимый внук! Как дела, мой мальчик?
— Я твой единственный внук, деда, — усмехаюсь я. — Но все хорошо, просто бегаю по делам, а потом домой. Шляпы сделаю позже. — Он знает, что это значит «дела Синдиката». Мы бы не хотели дать наводку тем, кто может прослушивать. Никогда не знаешь, кого мы сегодня реально разозлим. Неудивительно.
— Ах да, как раз хотел спросить о них, мой мальчик. Все в порядке со шляпами?
Я фыркнул, он знает, что ничего не буду приукрашивать. Он ненавидит моего отца так же, как и я. Спасибо хоть на этом.
С тяжелым вздохом он спрашивает: — Ну что там сделал мой тезка на этот раз? Я могу только представить, что он может сделать такого, чтобы удивить меня еще больше. Список его нарушений довольно длинный.
— Принудительный брак по расчету. Для Деклана, Джованни и меня. Этим летом.
Мертвая тишина.
— Деда? Ты там, старик?
— Старик? Синклер, я все еще могу надрать тебе задницу, и ты это знаешь. Не шути со мной, парень. Это что, какая-то дурацкая шутка, чтобы отправить меня в могилу пораньше?
— Куда там шутить, деда. Они подкинули нам это прошлой ночью. Все согласны и даже выбрали, на ком нам жениться. Что-то болтали про крепкие узы и прочую херню. Слава богу, Джованни спас наши задницы с дедушкой Картером, Нонно Мартинелли и тобой. Сказал, что это дерьмо невозможно без вашего согласия.
— Черт возьми, парнишка Джованни прав. Джанлука! Джеймс! Тащите сюда свои бесполезные туши! У нас проблема.
Проблема? Это еще мягко сказано. Затем я слышу приглушенные выкрики дедушек Дека и Джи, которые все идут к дедуле.
— Синклер, не вешай трубку.
Даже не утруждаю себя ответом и просто продолжаю вести машину, посылая парням смс, что я примерно в пяти минутах езды. Конечно, Деклан как всегда ехидничает, что еще больше выводит меня из себя, пока не отвечает Джи и не прекращает вражду. Все это время я слышал горячие и оживленные голоса наших дедушек, которые усиливали мои подозрения, что все они не знали этого и теперь в ярости.
— Синклер, ты на громкой связи.
— Привет, Нонно. Привет, дедушка. Да, Попс. Я не вру. Дек и Джи подтвердят это. Мы даже поспорили на пристрастия Деклана к выпивке, если это поможет тебе поверить в правду. Также я разочаровался в твоих навыках, старик. Я бы не стал врать никому из вас. Слишком уважаю.
— Мать его милая, — пробормотал дедушка Картер.
Мы все знаем, что если Дек в гневе, то он в ярости. Они также проиграли нам слишком много пари.
— Не проканает, мелкий засранец. Что ж, мы свяжемся с тобой очень скоро. Надо забрать тот необъявленный заказ на шляпу. Люблю тебя, парень.
— Я тоже люблю вас, ублюдки. И замечательных женщин тоже целую.
Нонно Мартинелли, наконец, вклинивается: — Тебе нужны только стряпня и сладости бабули, прожорливая обжора.
— Черт, ты прав. Я смеюсь, затем вешаю трубку, подъезжая к зданию. Придумывая на ходу самое дерьмовое оправдание, Дек и Джи стоят рядом, а я паркуюсь, открываю багажник и выхожу.
— Это все?
— Да. Все, — говорит Дек. Придурок.
— Она все еще спит?
С умным видом он пожимает плечами: — Минуту назад спала.
Срань господня! Чую, у меня начинает скакать давление от его идиотского отношения.
— Заканчивай все загружать, — приказываю я. — Пойду за ней. Джио, ты поведешь машину назад.
Когда я начинаю идти к двери, Деклан увеличивает градус делинквентности до десяти. Дерьмоголовый кланяется, затем ухмыляется, говоря через задницу. — Да, хозяин. Что-нибудь еще, хозяин? Получим ли мы печеньку за то, что вели себя как хорошие мальчики, хозяин?
Почти сразу же Джи бормочет: — Господи боже. В то время как я просто окинул его таким взглядом, от которого большинство бы сжалось обратно в свои самодовольные скорлупки. Через секунду бросаю ключи Джио и ухожу, пока не врезал Деклану.
Пока спускаюсь по лестнице, злюсь еще больше от ситуации в целом. Я знаю, что все это дерьмо, через которое прошли Бетани и еще бог знает сколько людей, является результатом действий моего самовлюбленного отца. Это не более чем налоговая декларация, что-то для демонстрации на мероприятиях, где он участвует, или какое-то прикрытие для еще более гнусной деятельности. Я полагаю, что второе более вероятно, а первое — просто бонус к лживому фасаду, который он демонстрирует миру. Скромный филантроп, а на деле мудак.