Ее тихое сопение под боком очаровательно, судя по тому, что я узнал от Джи, она измотана. Так что пока я лежу рядом с ней, мое бурное возбуждение требует второго, может быть, третьего или четвертого раунда. Господи. Я чувствую себя подростком, который только что открыл для себя мастурбацию и порно.
Она чертова мечта, а я еще даже не переспал с ней. Мне так и хочется наполнить ее своей спермой снова и снова, пока она не заполнится настолько, что не останется места.
Удивительно, но я не испытывал особого желания утопить свою душу в алкоголе или таблетках. Странное чувство спокойствия овладело мной с тех пор, как мы убедили Бетани, ну, с тех пор, как Синклер разразился одной из своих обычных требовательных тирад. Я удивлен, как много обычного дерьма, заполняющего зияющие дыры в моей душе, просто… отошло на второй план. Моя потребность в адреналиновых острых ощущениях или в доведении до предела токсичных комбинаций алкоголя с окси, экстази или молли просто… исчезла.
Из-за этого я сомневаюсь во многих вещах. Например, как один человек может заставить все плохое уйти? Ее язвительные замечания, то, как она делает самые простые вещи, когда я ловлю ее всепоглощающий взгляд аквамариновых глаз, смотрящих в мою сторону… все остальное не имеет значения.
То, как она оживляет мое сердце, потускневшее, избитое и почерневшее, пугает меня до смерти. Я знаю, даже не сомневаясь, что в тот момент, когда погружусь в ее тепло, меня уже не станет.
Может, мне нужно сбавить обороты, как сказал Джио. Притормозить, пока я не привязался слишком сильно, как я всегда делаю.
Когда я медленно пытаюсь выбраться из-под Бетани, чтобы вернуться в свою комнату, она обхватывает меня за талию и удерживает на месте.
— Что случилось, Деклан?
Ее сонное бормотание застает меня врасплох.
Черт. Забыл, что она легко пугается.
— Ничего. Я просто собирался пойти что-нибудь выпить. Вот и все.
Эти аквамариновые глаза распахиваются, блестят в лунном свете, проникающем сквозь жалюзи, затем сужаются на меня в мгновенном гневе.
— Врешь. Теперь скажи мне, зачем ты вставал?
Я падаю обратно на подушку и провожу рукой по волосам, затем по лицу в разочаровании. Как объяснить, что «я хочу тебя так чертовски сильно, но до ужаса боюсь эмоций, которые последуют за этим, потому что у меня изранено сердце, несмотря на мой внешний вид большого пох*иста»?
Все просто.
Но не для меня.
— Да ни зачем. Просто решил дать тебе немного пространства, вот и все, — отвечаю я, остановившись на простом, но неопределенном ответе.
Когда, наконец-то, перевожу взгляд на нее, я быстро понимаю, почему она и Синклер так хороши в своих словесных перепалках. Она ошеломила меня своим злобным взглядом. Знакомый яд, исходящий от ее лица, до жути похож на яд Сина, когда он в ярости и готов сеять хаос в мире. И в настоящее время я — невезучий ублюдок, получивший женскую версию этой демонической ярости размером с пинту.
Так держать, Деклан. Ты действительно превзошел себя.
Да. Да, черт подери. И я не уверен, что мне понравятся последствия.
Она медленно высвобождается из моей хватки и отворачивается, не говоря ни слова. Черт.
— Бетани? Ты ничего не скажешь?
В ответ — тишина. Ай.
— Давай, малышка Би, скажи что-нибудь.
— Иди, — получаю я отрывистый, полный яда ответ из одного слова.
— Что, прости?
Она поднимает руку в воздух и пренебрежительно машет ею. — Если собираешься вести себя как мудак и соврать мне, тогда вали на хрен, Деклан. Возвращайся в свою комнату, чтобы я могла спокойно выспаться.
Я на мгновение ошарашенно смотрю на ее затылок, потрясенный ее отказом от меня. Затем сощуриваю глаза по той же причине. О, черт возьми, нет, солнышко. Возможно, я один из тех людей, которые «чувствуют слишком много», но от ее отношения ко мне у меня снова встал член, готовый оттрахать эту нахалку по полной программе. И к черту последствия.
Я развернул ее и прижал к себе, а ее руки поднял над головой быстрее, чем она успевает все понять. Эти великолепные миндалевидные глаза распахиваются, а на остальном ее лице отражается шок. Она смотрит на меня, и я пригвождаю ее к месту таким же яростным взглядом, как и она меня.
— Не хочешь повторить это, солнышко, мне в лицо?
В ответ она смотрит на меня с вызовом. Шок прошел, она готовится к бою. Давай, малышка Би. Адреналин начинает бурлить во мне, возбуждение от предстоящего подстегивает меня так, как никогда в жизни.
— Повтори это еще раз, детка Би. Дерзни.
Моя улыбка становится зловещей от всех идей, как я могу превратить ее отношение в чрезвычайно приятный и выразительный опыт.
На секунду она колеблется, почти настолько, что я задумываюсь, не слишком ли веду себя как мудак, и тут ее рот открывается, выплескивая на меня свой гнев.
— Я сказала, если собираешься вести себя как мудак и соврать мне, тогда вали на хрен, Деклан. Возвращайся в свою комнату, чтобы я могла спокойно выспаться. Доволен?
Она ухмыляется, зная, что сказать эти слова в слух — это такой же «зеленый свет», как и «послать нахер».
При всем ее нахальстве, она не поняла одну вещь, на которую я собираюсь пролить свет.
