Джованни: «*смайлик с закатывающимися глазами* Браво, Ди. Ты вспомнил что-то кроме того, когда в последний раз трахался. Ты получаешь золотую медальку».
Деклан: «Не прошло и шести часов, большое спасибо. Членосос».
Синклер: «Господи Боже. Обратите внимание. Она все еще уходит от придурков из кампуса. Что происходит, котенок? Если ты не ответишь через полминуты, мы идем к тебе».
Джованни: «Согласен».
Деклан: «Поддерживаю».
О черт. Они могут быть более властными?
Я: «Остыньте, вы, чрезмерно заботливые няньки. Мой профессор — придурок, выгнал меня из класса. Поэтому иду к почтовому ящику, который мне дали, когда я пришла на вводный инструктаж. Не нужно посылать поисковую группу».
Джованни: ……
Синклер: …..
Деклан: ….
О боже. Бомбардировка вопросами через три… два… один…
Деклан: «Почему тебя выгнали из класса, Би? Что случилось? Чью задницу мне надрать?»
Джованни: «Почтовый ящик??? Какого хрена?»
Синклер: «Джио, мне нужно имя профессора. СЕЙЧАС ЖЕ».
Джованни: «Уже».
Я: «Парни, может, хватит? Ничего страшного».
Синклер: «Есть что-нибудь, Джи?»
Джованни: «Профессор Гилфорд. Сорок четыре года. Преподает в универе искусство и фото уже восемь лет. Комната 305».
Синклер: «Уже иду туда».
Я: «НЕТ!!! НЕ делай этого, если не хочешь снова получить коленом по яйцам!»
Синклер: «Лучше бы у тебя была чертовски веская причина, почему один из нас не должен пойти туда, котенок».
Синклер: «Дек? Джи? Планы меняются, через пять минут».
Я: «Ребята, может, хватит? Это смешно».
Деклан: «Тогда расскажи нам, солнышко и, может быть, мы остановимся».
Джованни: «Не остановимся. С ним все кончено. Избавимся от него».
Синклер:«…Почему?»
Господи, помоги мне!
Я: «Отлично! Потому что вы, парни, поступите по-своему, невзирая на то, как я буду выглядеть в этой ситуации для всех. Он пригласил меня на свидание в начале прошлого года, и я сказала ему «нет». С тех пор он меня ненавидит, а я из-за этого с трудом набираю баллы. Теперь вы счастливы?»
Джованни: ……
Деклан: ……
Синклер: …..
Синклер: «Нет, не счастливы, котенок. Не волнуйся. Эта проблема исчезнет очень быстро. Кроме того, НЕ покидай этот дерьмовый район, как только заберешь почту. Один из нас скоро будет там, чтобы забрать тебя».
Я: «*Четыре эмодзи с закатывающимися глазами* Как скажешь».
Синклер: «Котенок…»
Я: «Покаааааа!»
И я выключаю телефон и убираю его обратно в сумку, заходя в маленькое здание, где находится мой абонентский ящик.
— Властные шовинисты. Придурки, — бормочу я себе под нос, вставляя ключ в специальный слот.
Я торопливо забираю почту и быстро выхожу на улицу, чтобы сесть на ступеньки и все просмотреть. Хотя район не такой уж «дерьмовый», как думают ребята — поверьте мне, я жила и в худшем — само здание довольно жутковатое и странное. Поэтому предпочитаю побыстрее войти и выйти.
Сев на нижнюю ступеньку, я бросаю сумку рядом с собой и начинаю просматривать почту. Счет за телефон, ничего удивительного. А это что, письмо из школы? Открыв его и прочитав, вижу, что мою стипендию снизили, а питание и жилье больше не будут оплачиваться. Что? Почему? Всё из-за того, что моя оценка по изобразительному искусству граничит с неуспеваемостью — интересно почему — они решили, что мою стипендию нужно скорректировать, чтобы мотивировать меня получить лучшую оценку и вернуть остаток.
Я сильно впиваюсь зубами в губы, пытаясь остановить слезы, которые наворачиваются на глаза из-за этого идиотского решения. Они даже не знают, почему я почти провалилась, и им, черт возьми, все равно. Херня полная.
Закрыв глаза, я делаю несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Не важно. Они хотят драки и ее получат. Открыв глаза, я вновь чувствую решимость, комкаю дурацкое письмо и бросаю его на землю в детской, но удовлетворительной манере «пошли вы». Мне нужно лишь заставить пару учеников из класса, которые не являются полными болванами, встать на мою сторону, возможно, это поможет. Или я пригрожу не продавать им больше сделанные мной фотографии, которые они покупают у меня и выдают за свои работы. Сокурсники не обрадуются, если им придется делать работу самим. Это лишит их легкого образа жизни, а они не могут этого допустить.
Когда я перелистываю остальные письма, мое внимание привлекает необычно маленькое письмо. Более плотное, сложенное и запечатанное странным сургучом, на котором стоит штамп, который не могу разобрать. Такое впечатление, что человек, отправивший его, торопился и что-то напутал. Я поднимаю голову и оглядываюсь вокруг, и меня пробирает холодный озноб, как будто за мной наблюдают.
Пытаясь непринужденно оглядеться вокруг, чтобы понять, действительно ли за мной кто-то наблюдает, я осторожно открываю письмо и вижу написанный от руки листок. Медленно читаю его и замираю от ужаса.
«Бетани,
Ты можешь убежать, но тебе не спрятаться.
Если думаешь, что эти дураки защитят тебя, ты ошибаешься.
Они скрывают секреты, как и ты.
И пока ты думаешь, что никто не знает о твоем грязном прошлом.
Я знаю.
Я наблюдал за тобой, милая.
Скоро ты станешь моей навсегда.
Вместе мы будем править.
Я как король.
Ты как моя послушная маленькая королева.
