Мягкие руки, ласкающие мой грудь, пробуждают меня от сна. — Что за черт?
Милый смех проникает сквозь мое оцепенение. — Это всего лишь я, Деклан. Они сказали, что ты спишь здесь уже больше часа, поэтому решила тебя разбудить.
Когда мои глаза привыкают к заходящему солнцу, мое внимание падает на безупречную красавицу со сверкающими аквамариновыми глазами. — Черт, солнышко. Ты выглядишь… вау
Улыбка, излучаемая ею, заразительна, когда Бетани встает. Ее и без того идеальная кожа сияет в угасающем солнечном свете. Ее длинные волосы стали немного короче и более уложены. И кажется, что новый наряд, словно обнимает ее изгибы и идеально сидит. Мне становиться тесно в моих низко висящих потертых джинсах, пока смотрю на нее, совершенно очарованный неземной богиней, стоящей передо мной.
— Деклан, ты меня слышал?
Я встряхиваю головой, чтобы отогнать злые мысли. — Прости, солнышко. Заблудился в мыслях обо всех грязных вещах, которые я хочу сделать с тобой прямо сейчас. — Затем подмигиваю и одариваю ее сексуальной ухмылкой, от которой она краснеет.
— Я спросила, готов ли ты идти.
Смотрю вниз на свои штаны, потом снова на нее. — Прямо сейчас? Я готов когда угодно и где угодно, Би.
Она одаривает меня очаровательным закатыванием глаз. — Хорошая попытка. Может быть, позже. Прямо сейчас мы идем в Латинский район, где я жила, чтобы попробовать потрясающую еду. Потом в танцклуб.
Мои размышления о том, смогу ли я уговорить ее пойти со мной на ужин, она останавливает словами: — Деклан Грант Картер. Я знаю, о чем ты думаешь. Ответ — нет. Так что поднимай свою сексуальную задницу и поторопись. Я не хочу пропустить еду.
Черт бы тебя побрал, солнышко.
Я быстро встаю. — Отлично, не пропустишь, солнышко. Но только потому что я знаю, что ты ворчишь, если не поешь, а мы этого не хотим. Но если ты не хочешь, чтобы я перегнул тебя через перила и трахнул так сильно, что твои крики удовольствия услышит весь Лос-Анджелес, тебе лучше поцеловать меня сейчас, чтобы успокоить меня.
От ее чудесного смеха бегут глупые мурашки и вызывают трепет во мне, который я отказываюсь обдумывать. — Вы ведете жесткую игру, мистер Гаттермут. Но, думаю, я могу подарить поцелуй, если вы пообещаете потанцевать со мной позже в клубе.
Застонав, я заключаю ее в свои объятия и прижимаюсь к ее губам. Она открывается, давая мне полный доступ к своему рту, наши языки переплетаются. На мгновение мы теряемся друг в друге, и тут чувствую, как она слегка отталкивается, и я невольно отпускаю ее.
Ее лицо раскраснелось, и она учащенно дышит, прежде чем повернуться и выйти в комнату.
— Вы трое ужасно влияете на мое либидо.
— Скорее, ты хороша для нас, именинница. — Я смеюсь, затем останавливаюсь, чтобы поправить эрекцию в штанах. — Позже, дружок. Давай просто пойдем порадуем солнышко, и нам снова повезет до конца ночи.
— Ты разговариваешь со своим членом?
Бросив взгляд вверх, я вижу, что Бетани все еще стоит у двери, и я пожимаю плечами и одариваю ее озорной улыбкой. — Ты можешь винить меня? Он уже скучает по тебе.
Румянец на ее лице становится ярче, и она качает головой. — Животные. Я живу с похотливыми и невоспитанными животными.
Подмигнув ей, я поспешил собраться, остальные ждут меня. Пока ищу, что надеть, слышу голос Бетани. — Оставь джинсы. Мне нравится, как в них выглядит твоя задница!
Я отдаю честь, хотя она меня не видит. — Да, мэм!
И как послушный щеночек, который готов на все, чтобы сделать эту женщину счастливой, я не снимаю джинсы и надеваю черную футболку, шипованный ремень и кроссовки.
Пока пытаюсь привести в порядок свои растрепанные после сна волосы, то вспоминаю свой не давний разговор с Бетани.
* * * — Черт, — бормочу я, в поисках метаясь по комнате.
— Что случилось?
Я останавливаюсь и вижу в дверях Бетани, готовую и ожидающую меня.
— Не могу найти перфокарту для моего парикмахера. Записался на стрижку после занятий, чтобы исправить этот беспорядок.
Она подходит ко мне, и проводит по моим более длинным, чем обычно, волосам. — Мне нравится длина.
— Правда?
— Ммм. Добавляет тебе сексуальности рок-звезды. — Затем улыбается и поворачивается, чтобы выйти из моей комнаты. — Она в твоей ванной. В правом верхнем ящике и там же полудюжина других, о которых ты постоянно забываешь.
Не веря ей, иду туда и когда открываю ящик, там лежит около полудюжины перфокарт. Я быстро беру их в недоумении и иду обратно, прихватив свою сумку. — Как ты узнала, где они лежат? — спрашиваю я, засовывая их в передний карман.
— Помогала тебе на днях с организацией. Ты, наверное, обкурился.
— Очевидно. Я не смог найти ни хрена.
— Ну и? — спрашивает она.
— Ну и что?
— Ты оставишь свои волосы в таком виде?
Нажав кнопку лифта, я прислоняюсь к стене. — И что я получу, если оставлю их в таком виде?
Она посылает мне знойную улыбку, а затем идет мимо меня в лифт. — Думаю, тебе придется подождать и посмотреть. — Затем подмигивает, и кровь тут же приливает к члену.
