Не нужно рассчитывать на то, что вменяемые люди все поймут. Вменяемые, конечно же, все поймут, просто их, вменяемых, с каждым годом становится все меньше. Поменьше иллюзий и побольше трезвости.
Обе чеченские войны какие-то безымянные и не названные. Власти наши всегда норовили не называть их войнами. В официозе они звались чем-то вроде «контртеррористических операций». Вообще, крайне забавно наблюдать за потугами нашего государства изображать эдакую политику на ниве номинирования, нейминга, именования исторических событий. С другой стороны, оно совершенно не умеет это делать, не обладает необходимыми для этого компетенциями. Единственное, что может предложить на этой ниве – это упорство и даже упрямство в незамечании войны. А в житейском обиходе, в народной молве и памяти – это самые настоящие войны. И эту молву уже не перемолвить. Государство в этих делах всегда проигрывает народу. Оно упрямо не желает это признавать, но всегда проигрывает народу. Но ничему не учится. Не извлекает исторические уроки. Не учится и техникам номинирования событий, творить на ниве событийного нейминга. Так и живем.
Почему такой нейминг важен? А потому, что это по сути продукт. Готовый продукт для нашего коллективного исторического. Нейминг – это острие того исторического оружия, которое всегда будет использоваться в грядущих исторических идентификационных войнах. Чем ближе мы к вечно ускользающему будущему, тем острее и кровопролитнее исторические битвы. Нейминг сам по себе – это поле битвы. Если ты оставляешь это поле, его обязательно займут твои враги и будут плодить голодоморы и ГУЛАГи. Мы живем во времена кликбейта и торжества заголовка. Имя – это важный элемент эргономики программного интерфейса, это то, что приходит в классификации, заголовки и краткие изложения. Имя, номинирование может содержать в себе оценку, реабилитацию, приговор, энергетику экспансии и т. д. Нейминг – это очень важно. И не стоит думать, что событийное номинирование сложится само собой. Это большая и серьезная проектная работа, которая требует особенных компетенций и решимости.
Иногда мне кажется, что нами управляет в нашей кодификации истории комплекс братской могилы. Мы сваливаем событийное сырье в братскую могилу нашего коллективного исторического. А там с нашей историей может случаться все что-угодно. Несть числа гробокопателям от истории.
Нам нужно избавляться от ся-комплекса. Ничто само собой не сложится, не утрясется – нужно много работать.
Хасавюртовские мирные соглашения должны стать для наших элит крайне важным уроком. Некоторые выводы просто необходимо выбить на наших исторических скрижалях:
1. Предательские соглашения, подобные Хасавюртовским, никогда не принесут доброй славы тем, кто их подписал с нашей стороны. Никогда. Их имена всегда будут прокляты. Русские никогда не простят властям признания ими поражения.
2. Никогда полурешение, недорешение проблемы не отвратит от второй войны. Подобные Хасавюртовские соглашения буквально были беременны войной. Они никогда не уберегают от войны. В нашей истории все подобные соглашения, замораживающие и откладывающие войну, всегда происходят за счет русских. От них страдает только корневой имперский народ. Такие соглашения всегда фиксируют геополитические ошибки наших элит.
3. Такие соглашения противоречат буквально сути, сущности нашей имперской государственности. Империи, в отличие от «демократий», как раз способны решать проблемы. По-настоящему решать. Не загонять проблемы под лавку, в чулан, чтобы потом вытащить их в нужный момент, если того потребует извечная экономика событий. Русские не согласятся с такого рода соглашениями прежде всего сами.
4. Такого рода соглашения всегда фиксируют страх наших элит перед большой общественной мобилизацией. Наши элиты всегда боятся такой мобилизации общества. Они не знают, как ее модерировать, что с ней делать. Всегда такие мобилизации оборачивались для нашей власти последствиями, элитам приходилось учитывать мнение народа. Наши элиты сначала хотят все решить сами, без малейшего нашего участия. К мобилизации они прибегают нехотя. Такого рода страхи перед мобилизацией – признак усталости элит, разрыва их с реальностью, с обществом.
Наши власти постоянно балансируют на грани «хасавюртов». Ну не получается у русских вести эдакие заморские колониальные войны или прагматические войны. Нашим элитам пока не хватает для этого элитарных компетенций. Да и мы, русские, еще не научились относиться к нашей армии как к просто геополитическому инструменту в элитарных играх. Наша армия поэтому так хорошо умеет воевать. Наша армия – часть нас, наша кровинушка, наши дети.
Нашим элитам нужно привыкнуть к тому, чтобы бежать от искушения «хасавюртов». Наши элиты должны понять, что народ ждет от них только Победы. И нужно учиться слышать и слушать, что мы считаем Победой. Иначе себе будет дороже.
