Связанные честью полностью

Фабио всхлипнул, отстранился и посмотрел снизу-вверх. На глаза навернулись слезы, но я сдержалась. Если начну плакать, будет только хуже для всех, особенно для Джианны и Лили. Они стояли в паре шагов от Фабио, ожидая своей очереди попрощаться. Отец уже прохаживался у арендованного «Мерседеса» и с нетерпением ожидал отъезда.

– Мы скоро увидимся, – пообещала, но когда настанет это скоро, не знала. Рождество? До него еще целых четыре месяца. От этой мысли все внутри сжалось.

– Когда? – Фабио выпятил нижнюю губу.

– Скоро.

– Мы не можем ждать. Самолет улетит без нас, – резко произнес отец. – Иди сюда, Фабио.

С тоской посмотрев на меня, Фабио подошел к отцу, который тут же принялся его отчитывать. На сердце было невероятно тяжело. Лука остановился рядом с «Мерседесом» в своем серебристом «Астон Мартине», но мое внимание переключилось на Лили, которая обняла меня, и через мгновение к нам присоединилась Джианна. Мои сестры, мои лучшие друзья, мои наперсницы, мой мир.

Сдерживать слезы не было сил. Мне не хотелось расставаться с сестрами, больше всего на свете я мечтала забрать их с собой в Нью-Йорк. Они могли бы жить с нами или снимать себе квартиру. По крайней мере, тогда у меня был бы тот, кого люблю я и кто любит меня.

– Я буду по тебе скучать, – прошептала Лили между всхлипами.

Джианна ничего не говорила, уткнувшись лицом мне в шею. Плечи ее вздрагивали. Джианна, которая почти никогда не плакала. Моя сильная, импульсивная Джианна. Не знаю, сколько мы простояли, обнявшись, и меня уже не волновало, что кто-то увидит это открытое проявление слабости. Пусть все они посмотрят, что такое настоящая любовь. Большинству из них никогда такого не испытать.

– Нам пора, – позвал отец.

Послышался хруст гравия, и я подняла голову. К нам подошла мама, легонько потрепала меня по щеке, взяла за руку Лили и повела ее прочь от меня. Еще один кусочек моего сердца откололся. Джианна не ослабила своих крепких объятий.

– Джианна! – Голос отца прозвучал словно кнут.

Она подняла голову, глаза у нее покраснели, из-за чего веснушки стали еще заметнее. Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга.

– Звони мне каждый день. Каждый, – с жаром прошептала Джианна. – Поклянись.

– Клянусь, – всхлипнула я.

– Джианна, ради всего святого! Мне что, самому подойти и увести тебя за ручку?

Она медленно попятилась от меня, потом отвернулась и почти бегом бросилась к машине. Я прошла за «мерседесом» несколько шагов по длинной подъездной дорожке. Никто из них больше не оглянулся. Мне стало легче, когда машина повернула и исчезла из виду. Я стояла и беззвучно плакала, глядя на дорогу, и никто мне не мешал. Хотя я знала, что была не одна. По крайней мере, не в физическом смысле.

Когда я наконец повернулась, Лука и Маттео стояли на лестнице у дома. Лука как-то странно посмотрел на меня, но сил подумать об этом у меня уже не было. Возможно, он посчитал меня жалкой и слабой. Уже второй раз я распускаю перед ним нюни. Но сегодня моя боль стала еще сильнее. Лука спустился и подошел ко мне, в то время как Маттео остался на месте.

– Чикаго – это не край географии, – тихо произнес Лука.

Ему не понять.

– Может, и так. Я никогда не разлучалась с родными. Они – вся моя жизнь.

Лука промолчал, лишь махнул на свою машину.

– Нам пора. У меня сегодня вечером встреча.

Я кивнула. Здесь меня ничего больше не держало. Все, кто мне был дорог, уже далеко.

– Я поеду за тобой, – предупредил Маттео и направился к мотоциклу.

Я опустилась на серое кожаное сиденье «Астон Мартина». Лука закрыл дверь, обогнул капот и устроился за рулем.

– Без телохранителя? – безучастно спросила я.

– Я в телохранителях не нуждаюсь. Ромеро для тебя. И в этой машине нет места для лишних пассажиров.

Лука повернул ключ в замке зажигания, и мотор глухо заурчал. Я смотрела в окно, наблюдая за тем, как исчезает за поворотом особняка Витиелло. Казалось нереальным, что моя жизнь могла так резко измениться из-за свадьбы. Но это так, и с каждым днем перемен будет все больше.

Поездка до Нью-Йорка прошла в молчании. Я была рада, что Лука не пытался начать разговор. Мне хотелось остаться наедине со своими мыслями и тоской. По мере того, как мы медленно пробирались по улицам Нью-Йорка, вокруг нашей машины росли небоскребы. Меня все это не трогало. Чем больше времени занимала поездка, тем дольше можно воображать, что у меня нет нового дома. Но наконец мы въехали в подземный гараж. Так же молча вышли из машины, и Лука достал из багажника наши сумки. Большую часть моих вещей уже привезли в квартиру Луки еще пару дней назад, но сейчас я впервые должна была увидеть, где он живет.

Лука пошел к лифту, а я задержалась у машины. Он оглянулся через плечо и тоже остановился.

– Подумываешь сбежать?

Каждый божий день.

Я подошла к нему.

– Ты меня найдешь, – просто сказала я.

– Найду.