– Поаккуратнее с этим. В них полно жира и калорий. Ты должна заботиться о своем теле. Мужчины не любят толстух.
Я демонстративно доела оставшуюся часть слойки, а затем запила ее кофе.
– Может быть, тебе стоит написать книгу о том, чего хотят мужчины, поскольку ты, похоже, все об этом знаешь. – Я улыбнулась, чтобы смягчить грубость своих слов.
Мать покачала головой и взяла себе пирожное.
– Твой отец прав. Мы должны были быть к тебе построже.
– Вы были строги с Орацио, и это не помогло.
– Он парень. Они все неуправляемы. К тому же, он делает успехи. Даже сказал, что думает о том, чтобы остепениться.
Я не поверила в это. Он так сказал, только чтобы мать перестала его пилить. А учитывая то, что он не жил в Чикаго, но помогал вести наш бизнес в Детройте и Кливленде, родителям нечасто выпадала возможность беспокоить его. И, разумеется, он был мужчиной. Никого не волновало, даже если он проводил каждую ночь с новой девушкой, при условии, что не раскрывал им, кто он на самом деле.
– Я никогда не шла против вашей воли, так что не понимаю, на что ты жалуешься. В конце концов, я вышла замуж за Данте потому, что вы этого хотели.
Мать выглядела оскорбленной.
– Он лучшее, на что мы могли бы рассчитывать. Кто бы отказался выйти за такого мужчину, как он?
Я допила кофе, не утруждая себя ответом. Все равно это был риторический вопрос.
– Данте домогается тебя ночью?
Я чуть не выплюнула все, что было у меня во рту.
– Мама, я не собираюсь говорить с тобой об этом. – Мои щеки запылали от стыда, и мать понимающе улыбнулась.
Я любила ее, но она была самой бестактной женщиной на этой планете.
Энцо приехал за мной на внедорожнике. За время короткой поездки мы перекинулись лишь парой фраз. Когда проезжали мимо улицы, где жила Бибиана, я попросила:
– Подожди. Поверни здесь. Я хочу зайти к Бибиане Бонелло. – Я обещала рассказать ей, как продвигаются дела у нас с Данте. Надеюсь, она мне будет рада.
Энцо не стал спорить. Он направил машину к дому Биби и припарковался у тротуара.
– Хотите, чтобы я подождал?
Я колебалась.
– Если ты не против?
Энцо покачал головой.
– Это моя работа. – Он потянулся за сиденье и вытащил журнал об олдтаймерах[3].
– Я недолго, – заверила я, хотя мы с Бибианой могли болтать часами.
Я вышла из машины и направилась к входной двери, позвонила и стала ждать. Какое-то время ничего не происходило, и я уже собиралась вернуться в машину, когда дверь распахнулась.
Передо мной стоял Томмазо. Я округлила от удивления глаза, а затем заволновалась.
– Привет, Томмазо, – выдавила я, стараясь, чтобы мой голос звучал приветливо. – Надеюсь, я не пришла не вовремя. Хотела поболтать с Бибианой. Она дома?
«Она в порядке?» – вот вопрос, который я на самом деле хотела задать. Томмазо стоял потный и красный, а ширинка была расстегнута. Сердце сжалось от страха.
Томмазо оскалил зубы в широкой ухмылке и обхватил мою руку ладонями.
– Она спустится через минуту. Для жены Данте у нас всегда найдется время.
Я боролась с желанием отдёрнуть руку. Его кожа была липкой от пота, и мысль о том, что он только что измывался над Бибианой вызывала у меня желание скрести свои ладони, пока на мне не останется ни следа от его прикосновения.
– Бибиана, поторопись. Здесь Валентина Кавалларо.
Как будто Бибиана не знала, кто я. Я осторожно вытащила руки из его хватки.
– Я слышал, ты взяла под свой контроль казино, – с любопытством начал Томмазо, уставившись на меня своими маленькими глазками-пуговками.
– Это Раффаэле тебе рассказал?
Томмазо загоготал.
– Ему и не нужно было. Все только об этом и говорят. Бибиане я бы ни за что не позволил работать, но Данте уже давно пытается изменить положение дел в Синдикате, еще до того, как Фиоре ушел на покой.
Я попыталась понять, могу ли истолковать его слова как предательство, но, к сожалению, это была лишь легкая критика. Ничего из того, что могло бы заставить Данте пустить пулю в голову Томмазо.
– Даже Синдикат вынужден идти в ногу со временем, – ответила я нейтрально.
Бибиана появилась на верхней ступеньке лестницы с всклокоченными волосами, в кое-как застегнутой блузке и с голыми ногами. Томмазо подмигнул мне.
– Прошу меня извинить. У меня встреча с Раффаэле, нужно выбрать девочек для завтрашней ночи.
Было больно удерживать на лице улыбку, и когда он наконец скрылся из виду, я прекратила этот фарс и поспешила к Бибиане, которая спускалась по лестнице.
– Эй, все в порядке?
Она сглотнула.
– Мы можем поговорить наверху? Мне надо в душ.
– Конечно, – быстро сказала я.
Бибиана робко улыбнулась мне. Я молча последовала за ней наверх, пытаясь подавить свою злость на Томмазо. Я уже пробовала найти способ заставить Данте убить его, но мне нельзя о таком даже думать. Мне никогда не приходилось быть в ответе за чью-то смерть. Даже если Томмазо был худшим из мерзавцев, смерти я ему не желала.
