Он провел по шее костяшками пальцев, затем двинулся ниже, до попы. Я часто задышала чувствуя, как от соков возбуждения трусики прилипли к промежности, но все еще не двигалась. На этот раз я не буду проявлять инициативу.
Данте скользнул рукой по заднице, нырнул мне между ног и простонал, коснувшись пальцами трусиков. Мне потребовалась вся сила воли, чтобы не прижаться к его руке и хоть немного потереться.
– Я знаю, что ты пытаешься меня игнорировать, но сначала научись контролировать свое тело, если хочешь добиться успеха.
Что за невыносимый ублюдок!
Данте сел, задрал на мне подол ночнушки, подцепил пальцами резинку трусиков и спустил вниз по ногам. Приподняв лицо от подушки, я бросила взгляд через плечо. В комнате было слишком темно. Серебристый лунный свет, проходящий через окна, оставлял Данте в тени, но я была уверена, что он наблюдает за мной. Затем его руки вернулись ко мне, он массировал икры, медленно продвигаясь вверх. В темноте слышался звук его дыхания – глубокого и спокойного. Он скользнул рукой мне между ног и развел их. Я уткнулась лицом в подушку, когда пальцы добрались до складок и начали поглаживать клитор. Он переместился, а затем его губы оказались на моей заднице. Данте слегка прикусил ягодицу, а затем успокоил это место языком и губами. Я едва не кончила, но вместо этого прикусила зубами нижнюю губу, чтобы подольше продержаться. Это было слишком хорошо, чтобы так скоро закончиться. Данте повторял движения, и к тому моменту, когда он вернулся к моему горлу, я готова была на все.
Я развела ноги для него еще шире, наплевав на то, что всего несколько часов назад поклялась игнорировать, пока он не перестанет относиться ко мне с ледяным равнодушием за пределами спальни. Но когда Данте потер мне клитор, похоть затуманила мой разум. Он размазал влагу и скользнул в меня двумя пальцами, и я приподняла попку, чтобы предоставить ему лучший доступ. Он начал медленно двигать пальцами внутрь и наружу, пока его губы продолжали скользить между моим горлом и плечом, чередуя укусы с облизыванием и поцелуями. Он тоже тяжело задышал. Происходящее повлияло и на него. Я дотянулась рукой до выпуклости у него в штанах и начала поглаживать его через ткань. Он резко выдохнул мне в ухо.
– Каждую минуту в течение дня я думаю о том, что хочу с тобой сделать, ловлю себя на том, что вспоминаю твой вкус, твой запах. Иногда мне кажется, что сойду с ума, если не окажусь глубоко в тебе.
Я застонала. Ну почему же он не может показать мне этого в течение дня? Почему ведет себя так, как будто я надоедливая жена? Он стал быстрее толкаться в меня пальцами, и я подвинула бедра ближе к нему, желая его глубже. Он задел сладкое местечко глубоко внутри. Огонь лизнул низ моего живота, заставив закричать, когда меня настигло наслаждение. Данте продолжал двигаться во мне, пока бедра отчаянно тряслись, а я качалась на волнах оргазма. Я рухнула на матрас, у меня не было сил даже на то, чтобы удержать приподнятой задницу. Пальцы Данте все еще были во мне, но двигались внутрь и наружу медленно, почти нежно.
Я несколько раз глубоко вдохнула, пытаясь успокоить сердцебиение, но у Данте оказались другие планы. Он переместился, раздался шорох одежды, и он оказался рядом со мной.
– Я хочу снова почувствовать твой горячий рот, – наклонившись к моему уху, прохрипел Данте.
Вздрогнув, я повернулась и привстала на локтях. В темноте я видела силуэт Данте, когда он опустился на колени рядом со мной. Его член был в нескольких дюймах от моего лица, длинный, твердый и ждущий меня. Данте запустил руки мне в волосы и мягко подтолкнул ближе к себе. От него пахло чистотой и мылом, пряным и свежим. Член коснулся губ, и я, взяла его в рот, чувствуя на языке соленый вкус предэякулята, что еще больше подогрело мое собственное возбуждение. Айсберг меня вожделел. Я обвела языком вокруг головки, затем толкнула кончик в маленькое отверстие сверху. Пальцы Данте в моих волосах сжались, когда он издал глубокий гортанный звук. Его хватка была странно эротичной и неболезненной. Данте медленно входил в меня, и я принимала его в рот все глубже и глубже, пока чуть не поперхнулась, а затем позволила ему выскользнуть обратно. Вскоре Данте, похоже, захотел сам взять ситуацию под контроль и начал входить и выходить сначала медленно, а затем быстрее. Рука Данте в моих волосах удерживала меня на месте, когда он брал мой рот. Я одобрительно мурлыкнула. Это было намного горячее, чем могла себе представить. Меня чертовски заводило, когда Данте, возвышаясь надо мной, трахал мой рот, направляя мою голову так, как хотел. Я начала ерзать по простыням, надеясь хоть немного потереться промежностью.
Данте опустил руку мне на задницу, удерживая на месте.
– Не надо, – сказал он, грубо сжав мою ягодицу. Я замычала, протестуя, хотя с членом во рту это было непросто.
Данте резко вышел, зашипев, когда зубами я царапнула член. Схватив подушку, он подложил ее под бедра и оказался у меня за спиной. Он взялся за мою попку и толкнулся головкой к моему входу.
– Ты такая мокрая, Валентина.
