— Будь осторожен с ней. Мне сказали, она убила троих.
— Откуда вы ее вообще взяли?
— Она оказалась единственной женщиной, приговоренной к казни в Ильброне, — сообщил Фэрр без раздумий.
— А ты… — Ниар подобрал слова. — Ты уверен в том, что она и правда заслужила свой приговор?
— По правде говоря, я даже не знаю, за что ее приговорили, — признался Дейрис, немного помолчав. — Нашел ее через отца и через него же велел все организовать.
Эльгорр тихо хмыкнул. Да, лорд Раймонд Фэрр, глава Службы безопасности Темирана, мог сделать это быстро и эффективно. Но и он вряд ли стал бы читать уголовное дело.
— Почему ты спрашиваешь? — нарушил молчание друг.
— Моя так называемая жена закатила мне истерику. Утверждает, что невиновна в том, в чем ее обвиняют.
— Врет, давит на жалость и манипулирует.
— Думаешь?
— Смертные приговоры не выносят просто так, — заметил Дей. — Подобными делами занимается Центральное следственное, а там не дураки сидят. Зато девушка вполне могла попытаться воспользоваться шансом и задурить тебе голову.
— Могла, — согласился Ниар.
Перед глазами снова встало лицо Карано. Бледное, изможденное, на котором остались одни глаза. Сегодня маг был не в том состоянии, чтобы адекватно оценивать реальность, но какая-то часть разума все же подмечала и запоминала даже самые незначительные детали. Жесты, эмоции, интонации. Все то, что позволяло читать собеседника и видеть больше, чем он был готов показать. Карано вела себя так, словно говорила правду. Настолько хорошая актриса? Или кто-то действительно ошибся?
— Можешь привезти мне ее дело завтра? — попросил Ниар.
— Зачем? — удивился Дейрис.
— Хочу понимать, с кем меня связало.
— Ладно. Попрошу отца, он достанет.
— Спасибо, — слабо улыбнулся Ниар. — И до завтра.
Рука сама уронила переговорник на подоконник. Эльгорр запустил пальцы в волосы, медленно пропуская их между пальцами, и закрыл глаза. В ушах эхом звучал голос Карано.
Вы выбрали себе не ту жертву… Не ту…
И стоило бы попросить богов уберечь его от такой ошибки, да поздно. Если ошибка была, то она уже совершена. А вот что с этим делать, Ниару еще только предстояло разобраться.
Новый день начался для меня с сонной расслабленной неги. Мягкая постель, приятно пахнущая травами, теплое одеяло, тишина. Но блаженство длилось едва ли дольше десятка секунд. Стоило вспомнить о том, в каком положении я оказалась, и внутри снова затянулся ледяной узел. Умирать не хотелось. Да, все мы смертны, и, работая в госпитале, мне приходилось видеть смерть не раз и не два. Вот только оказавшись на ее грани сама, я остро ощутила, как сильно мне хочется жить.
Сев на подушках, я прислушалась к себе. Сон в удобной кровати явно пошел на пользу. Ушла усталость, проснулся аппетит, и не было никаких признаков того, что я проклята. Правда, это еще ни о чем не говорило. В конце концов, инкубационный период никто не отменял, даже для проклятий.
Я поднялась и отправилась в ванную. Там встала напротив зеркала и, стянув халат, провела почти что полноценный осмотр пациента. Кожа, глаза, слизистые, сердцебиение, частота дыхания. Измерить температуру было нечем, но жара я не чувствовала. Пульс немного частил, но тут, скорее всего, сказывалось нервное состояние. Кожа закономерно была тусклой и бледной, все же тюремная камера — не курорт. Волосы перепутались, под глазами виднелись тени, которые казались особенно печальными на фоне иссиня-черной шевелюры. Хотя в целом все было не так плохо, как могло бы. Наверное…
Насмотревшись, я вернулась в спальню и подошла к окну. День явно был в самом разгаре. Небо затянули неплотные облака, и сквозь прорехи в них то и дело проглядывало солнце. Ощутив на лице его тепло, я зажмурилась и чуть не разревелась. В холоде и полумраке одиночки для особо опасных сильнее всего мечталось именно о солнце. Но судя по всему, в заключении я провела не так много времени. Весна еще не успела вступить в свои права. В саду лежал снег, еще и не начинавший таять.
Вообще сад оказался небольшим, зато аккуратным. Со всех сторон его окружала сплошная живая изгородь из высоких туй, пряча нутро от любопытных глаз. Дорожки были чистыми, и со своего места я могла рассмотреть небольшую террасу, на которой стоял столик и пара плетеных кресел. Возможно, длины моего поводка-ограничителя хватило бы на то, чтобы прогуляться там. Вот только единственная моя одежда — это халат. А гулять зимой в халате — это слишком для моего до предела истощенного организма.
Итак, из хорошего. Теперь меня держат в гораздо более приличных условиях, чем раньше. Пожалуй, здесь мне не грозят голод, простуда и радикулит. Я могу двигаться, чтобы поддерживать себя в форме, дышать свежим воздухом и высыпаться. Не исключено, что в доме есть книги — занять голову. А если стану хорошо себя вести, можно будет попросить Эльгорра привезти сюда мои собственные книги и конспекты. И пусть шанс на поступления в университет сейчас выглядит очень зыбко и призрачно, отчаянно хочется уцепиться за что-то привычное. Например, за подготовку к вступительным экзаменам.
