Ему что-то ответили, после чего он прошелся по апартаментам. Из гостиной влево и вправо вели две двери в отдельные комнаты с ванными. Оттуда он вернулся в более радужном настроении:
— Мирослава, иди в серебряную комнату, что слева, прими горячий душ и найди другую одежду в шкафу.
— Там есть одежда? — удивилась девушка, стараясь не стучать зубами.
— Да, тебе больше не придется мерзнуть, поэтому поспеши. Скоро нам должны подать еду. Ваше Высочество, это касается и нас с вами.
Они разбрелись по комнатам.
В серебряной спальне в шкафу из мореного дуба Мирослава действительно обнаружила несколько вешалок и полок с одеждой черного или синего цвета.
Лосины и кофта напомнили ей термобелье, которое она носила, стоило температуре в Москве упасть ниже нуля. Но это белье оказалось куда более дорогим и качественным, чем в спортивном магазине.
«Сначала душ, а то я уже ног не чувствую», — стянув с себя всю одежду, она прошла в ванную: черная плитка с белыми, как вены, узорами, круглая матовая ванна. На полке несколько квадратных флаконов с гелями и шампунем.
Она грелась под струями душа, пока не услышала стук в дверь.
— Слава, у тебя все в порядке? — спросил Кирьян.
— Да, — девушка машинально прикрыла грудь руками, боясь, что мужчина войдет. Его ведь ничто не могло остановить, кроме приличия.
— Хорошо, поторопись.
— Поняла, — быстро помыв голову и растерев тело мочалкой, девушка выключила воду. Она заранее положила полотенца на батарею и обернулась в теплую ткань.
Но чем высушить мокрые волосы, она не знала, поэтому переодевшись, обмотала голову другим сухим полотенцем и вышла.
Вся троица оделась в черные наряды, но от вида мужчин у девушки перехватило дыхание. Она и подумать не могла, что Кирьян такой широкоплечий и мускулистый, а в этой одежде он, кажется, стал еще выше, чем был, или просто она никогда не замечала этого. Рукава с манжетами для больших пальцев, высокий воротник с подобием молнии, слегка широкие в бедрах и зауженные к низу штаны облегали икры. На ногах – высокие ботинки из черной кожи. С распущенными серебристыми волосами и точеными чертами лица Кирьян был похож на божество, но какое? Может, скандинавское, но без бороды… В животе появилось странное чувство — будто запорхали бабочки.
«Хорошо, что это не трико как в балете», — она лишний раз убедилась, что в сравнении с Кирьяном Матвей, будучи принцем, все равно проигрывает.
Ей захотелось продолжить любоваться каждым изгибом плеч мага, но ее отвлек стук в дверь.
— Давай помогу с волосами, — Кирьян подошел к ней и стянул полотенце, второй рукой провел по затылку, и уже сухая челка легла ей на лоб.
— Спасибо, так гораздо лучше.
В дверь едва слышно постучали.
— Войдите! — повелительно проговорил Матвей.
Появился мужчина с широким подносом, полным еды. Он молча поставил его на стол и, поклонившись, вышел.
— Дрожь пробирает от их вида, словно неживые, — прошептала девушка.
— Скорее, немногословные и равнодушные. Такой менталитет в северных землях, — пояснил Матвей.
— Непривычно, — девушка села в кресло, пока Кирьян проверял еду на наличие ядов.
Но, видя поджаренные ножки, она скривилась.
— Не волнуйся, это не крольчатина, хотя и она вкусная, — пояснил он.
— Все в порядке, я пробовала когда-то кролика, по вкусу как курица, но видеть, как их живьем пожирают ирбисы, а потом такое блюдо могут подать на стол… — ее передернуло.
— Привыкай, пока мы здесь. В следующий раз нам могут принести ушастого, запеченного под ягодным соусом и с тушеной морковкой в одном месте, — Матвей налил темной жидкости в кубок из принесенного графина. — Вот это я понимаю вино, а не та кислятина, которую я попробовал раньше.
— Ты не успел оценить вкус местных ягод, — усмехнулся Кирьян, но к выпивке не притронулся, вместо этого он налил себе и Мирославе талой воды с зелеными листиками.
— И что нас теперь ожидает? Она вроде бы согласилась помочь взамен на встречу с королем. Это возможно? — спросила Мирослава, аккуратно поедая курицу и вытирая пальцы салфеткой.
Кирьян со звоном положил столовые приборы на тарелку и промокнул уголки губ:
— Возможно. При других обстоятельствах нам бы следовало узнать у Его Величества Олексия, как он сам относится к браку с принцессой Севериной. Но я уверен, что он с большей вероятностью согласится, потому что на кон поставлено королевство и корона.
— Верно, отец сделает все ради того, чтобы враги не смогли получить свое, — подтвердил Матвей. — Нужно отправить ему письмо.
— Хватит и короткой записки прямо сейчас. Матвей, берись за перо, — Кирьян встал с кресла и взял из тумбы рядом с камином письменные принадлежности.
— Что писать? — спросил принц.
— «В качестве платы за оказанную нам помощь Ее Высочество Северина просит о личной встрече с вами для обсуждения дел, важных для обоих государств», — выведя последнюю строку, принц нахмурился, а Кирьян отобрал у него бумагу и оторвал исписанную половину. Разорвав ее на несколько мелких частей, он приоткрыл окно, подул на письмо, ветер подхватил кусочки, и они растворились в воздухе.
— Что теперь? — спросил Матвей, отложив перо.
