Тудум, тудум - размеренный стук пробился сквозь туман в голове. Не открывая глаз, Оливер повернулся на этот убаюкивающий звук, мазнув губами по мягким коротким завиткам на чужой груди. Большая ладонь приятно мяла его зад - умопомрачительно нежно и в то же время по-хозяйски. Было бы так просто снова закрыть глаза, но его член уже проснулся: полный нетерпения и жажды и требующий внимания. Зевнув, Оливер потянулся, прижимаясь к крепкому телу рядом с собой - голая кожа соблазнительно потерлась о такую же голую кожу, - и охнул, когда мышцы свело.
- Болит?
Глубокий ровный голос звучал так знакомо. Почти как…
Оливер резко сел и уперся ладонями в мускулистую грудь, вставая на колени.
- Полегче. Осторожно, а то что-нибудь себе повредишь.
Оливер испуганно опустил глаза на скрытое в темноте лицо Винсента. Они лежали вместе в постели, и Оливер спал прямо на его груди, как какой-нибудь тоскующий влюбленный дурак. А Винсент ему это позволял.
Тот слегка надавил на ногу Оливера, которая оказалась между его сильными поросшими короткими волосками бедрами.
- Осторожно, - повторил он.
Проклятье. Он чуть не заехал коленом Винсенту по яйцам. Оливер почувствовал, как от стыда краснеют щеки.
- Простите, - пробормотал он, отодвигаясь на край кровати и приглаживая руками волосы. В комнате было совсем темно. От пламени в камине остались одни тлеющие угли. В воздухе стоял густой запах пота и секса.
Почему Винсент все еще здесь? Ему следовало бы уйти, еще когда Оливер только заснул. Он не помнил, как его сморило. Он ничего не натворил? Не сказал того, чего говорить не стоило? Внутри поселился липкий холодный страх.
- Почему вы меня не разбудили?
- Тебе нужно было отдохнуть.
- Сколько я спал?
Матрас прогнулся.
- Недолго. - Когда ладонь Винсента легла на его бедро, Оливер вздрогнул - легкое прикосновение напугало его. - Больно?
- Немножко, - ответил он и подавил стон, когда Винсент начал медленными круговыми движениями гладить его спину, успокаивая ноющие мышцы и кожу. До этого Винсент к нему почти не прикасался, а сейчас вел себя так, словно они множество раз просыпались в одной постели. К этому новому расслабленному и ласковому Винсенту было трудно привыкнуть, и хотя Оливер знал, что ведет себя глупо, но его сердце бешено колотилось, в надежде на большее.
- А как больно? Хорошо или плохо? - спросил Винсент.
Оливер с трудом сдержал смешок. Ноющая боль стягивала кожу, напоминая о каждом жалящем поцелуе кнута. И ныла не только кожа. Он все еще ощущал Винсента внутри себя. Он еще долго не сможет сидеть, не вспоминая об этой ночи.
- Хорошо, - признался он, опуская голову и радуясь, что в комнате темно и Винсент не может увидеть улыбку на его лице.
Он почувствовал тепло чужого тела - Винсент придвинулся ближе. Наверное, все дело в мускулах, потому что от того исходил такой жар, как от пылающего огня. Оливер задрожал и смял в кулаках простыню, борясь с желанием повернуться и прижаться губами ко рту Винсента. Ему очень хотелось поцеловать того, но он сдерживался. Если бы Винсент отверг его, если бы отпрянул в отвращении, как ожидал Оливер, то его сердце не выдержало бы. Одно дело - трахнуться с мужиком, и совсем другое - целоваться с ним.
Винсент, не говоря ни слова, продолжал гладить его по спине. Он сидел за Оливером, поставив колени по бокам от его бедер. А потом движения его изменились. От предвкушения у Оливера зашевелились волоски на руках. Сильная ладонь скользнула по его груди и легла на шею, а пальцы обхватили подбородок. Не сопротивляясь, он послушно поддался этой руке и повернулся.
Твердые губы прижались к его губам. На мгновение от изумления в голове стало пусто. А потом Оливер приоткрыл рот. Шелковистый язык Винсента скользнул внутрь, лаская в глубоком чувственном ритме. Тело затопило чистое удовольствие. Кровь хлынула в пах, член налился. Оливер всхлипнул, но звук растворился в горячей глубине рта Винсента. Хотелось обнять его, прижаться крепче. Но он продолжал стискивать пальцами простыню, не шевелясь, просто наслаждаясь медленным, полным истомы поцелуем.
Прикусив напоследок нижнюю губу Оливера, Винсент отодвинулся, разорвав поцелуй.
- Тебе нужно побриться. - Едва слышный хриплый шепот.
Оливер рассеянно кивнул и облизнул губы, впитывая вкус Винсента. Наверное, он до сих пор спит. Ну конечно. Лорд Винсент Прескотт вовсе не целовал его только что, словно любовника.
Винсент вытянулся на кровати, подложив руку под голову. Длинное сильное нагое тело точно притягивало Оливера. Он повернулся, собираясь лечь рядом.
- Принеси мне бренди. На столике у двери должен быть графин.
Раздраженный скучающий тон вернулся. Тот же, каким Винсент говорил, когда только вошел в комнату. Оливер резко замер и тряхнул головой - действительность с треском обрушилась на него. Он в борделе изображает одного из работников. Поцелуй ничего не значил.
Ничего не значил для Винсента.
