– Многое! Основная причина в том, что меньшевики видят главную задачу рабочего класса не отпугивать буржуазию своей слишком явной революционностью. Меньшевики отводят буржуазии ведущую роль в революции. Это принижает роль пролетариата да и роль пролетарской партии как руководителя и организатора масс. Дозвольте не считать себя политически безграмотным, способным усмотреть в позиции меньшевиков голый оппортунизм. Мне по душе решительная борьба с ним товарища Ленина. Для большевиков убедительна критика Лениным на Третьем съезде взглядов и действий Плеханова и Мартова.
– Товарищ Добродеев, Четвертый съезд подтвердил верность меньшевистских взглядов. Большевистская же линия революционной борьбы была отметена.
– Только потому, что на съезде меньшевики были в численном перевесе. Мы верим Ленину, что меньшевики, действуя за спиной рабочих, сговаривались с кадетами, выторговывая этим для себя местечки в Думе. Надеюсь, признаете, что это именно так? Сговаривались, прикрывая свои политические махинации пышными фразами?
– Ложные обвинения.
– Правдивые, товарищ Прохоров. Разве не испугались меньшевики реакции рабочих после разоблачения своих шахер-машерских делишек с кадетами? Испугались! Чтобы скрыть свой явный конфуз, пытались в марте судить Ленина за брошюру «Выборы в Петербурге и лицемерие 31 меньшевика». Короче! После Пятого съезда не может быть речи об отстранении рабочей партии от классовой борьбы. Пятый съезд подтвердил правильность большевистской линии в революции, а главное, эта линия поддержана большинством сознательных рабочих России.
– Преувеличенное самоуспокоение.
– Вы защищайтесь, товарищ Прохоров, а не отмахивайтесь от правды пустыми фразками. Ваши доблестные соратники по политическим махинациям считали Думу пластырем, оттягивающим внимание народа от революции. Суть тактики кадетов крылась и кроется в том, чтобы, используя борьбу народа в своих интересах, в то же время стараться не допускать народ к революционной самостоятельности. Но этот пластырь теперь сорван царским правительством. Старанья меньшевиков потерпели серьезную неудачу. Господин Столыпин лишил их трибуны для своего неубедительного словотворчества. А теперь позвольте уж и лично о вас. Нам ясно, что присланы узнать о революционном накале уральцев. О том, что думают уральские большевики, вы сейчас услышали. А как будет развиваться борьба нашего подполья, покажет время. Но не сомневаюсь, что отыщем способы защиты от когтей столыпинской охранки. Ожидаем, что преследовать нас будут прежестоко.
Донесся раскат грома, и в горнице стало темнеть.
– Почему не хотите поделиться планами, что станете делать для своей защиты? Неужели в вашей среде все настолько монолитно? Неужели в ней нет элементов, способных испугаться?
– Есть! Пугливые найдутся! Возможно, от страха уйдут из рядов большевиков, но к вам не перекинутся. Не надейтесь. Они просто испугаются, постараются спрятаться. Уйдут, может быть, интеллигенты и мелкая буржуазия. Но это не снизит нашу уверенность в правоте большевистской линии. Перед нами пример. Ленин – образец большевистской революционной убежденности и стойкости. Ленин правильно писал: «Русский народ не тот, что был до 1905 года. Пролетариат обучил его борьбе. Пролетариат приведет его к победе».
Раскаты грома участились. В горнице стало темно, как в сумерки. Видны вспышки огонька на папиросах курящих собеседников.
– Что сейчас стало главным и важным для революционного подполья? Сохранение и укрепление его рядов. Воспитание рабочих, накопление боевых сил для новой революции. Революция – это не цирк, где собираются дать представления. Революция – это учеба, осмысленный труд по созданию партийных кадров. Мы, большевики, верим Ленину, что рабочий класс России будет вождем русской революции. Из всех классов именно рабочий класс в 1905 был ведущей силой революции, выявившей свою политическую созреваемость.
– Кажется, гроза будет? – неожиданно спросил Прохоров и подбежал к окну. – Да, несомненно, будет гроза!
Сильный раскат грома заставил зазвенеть стекла в окнах, и тотчас в них защелкали крупные капли дождя. Шум грозы усиливался. Раскаты грома следовали один за другим. Ливень колотил по крыше, будто на нее осыпалась крупная галька.
Прохоров налил из графина в стакан воду. Выпил ее громкими глотками.
– Гроза всегда раздражает меня. Моя нервная система переутомлением доведена до предела. Я устал доказывать, устал призывать товарищей к благоразумию. Замыкаться в рамки одного революционного течения порочно. Революционную истину для сражений с царизмом необходимо искать героически и жертвенно. Теперь связь и контакты с инакомыслящими революционными партиями смерти подобно. Необходимо брать от них все лучшее и только после этого попытаться создать, наконец, ту партию, которая окажется способной стать вожаком революции.
