Сзади раздался недовольный крик:
– Эй, лыжню!
Поморщившись – надо было испортить такой момент! – я отступила в снег, немедленно провалившись в него по самые носки, и даже не стала оборачиваться, чтобы не удостаивать грубияна вниманием. Услышав размеренное шарканье лыж и шумное дыхание, я невольно поёжилась, испытывая неконролируемое желание оглянуться, но всё же удержалась, надеясь, что лыжник-хам быстро минует меня и скроется из виду.
Однако, поравнявшись со мной, он неожиданно остановился, и я похолодела – что ему ещё от меня надо? И наших, как назло, рядом никого…
– А, это ты, – вдруг услышала я знакомый голос, всё-таки обернулась и с удивлением увидела Дениса.
«Что сегодня творится! То вообще не встречались в школе, то второй раз за день», – успела с досадой подумать я, совсем не радуясь его появлению. Только немного успокоилась и перестала переживать, как на тебе – эта песня хороша, начинай сначала!
– Чего встал, проезжай давай, – невежливо проворчала я, тоже решив с ним не церемониться.
Однако Денис почему-то не спешил уезжать. Он воткнул палки в снег и опёрся на них ладонями в толстых шерстяных варежках, даже на вид мягких и уютных, совсем не похожих на его мощные хоккейные перчатки.
– А поздороваться? – спросил он, переводя дыхание.
– Ты со мной в школе не поздоровался, – буркнула я.
– Ну привет.
– Виделись уже, – не сдавалась я.
– Ты чего такая? – озадаченно поинтересовался Денис.
– Какая?
– Какая-то не такая, – усмехнулся он.
Парень явно получал удовольствие от этого бредового диалога, что злило меня ещё больше.
– Слушай, я спешу, мы кросс сдаём на время, – удачно вспомнила я и сделала попытку вернуться на лыжню, однако он меня не пустил.
– Ты что? – возмутилась я. – Хочешь, чтобы я пару получила?
– Я же не боюсь кросс не сдать, – парировал он.
– А я за тебя и не волнуюсь, – заявила я. – Ты же у нас великий спортсмен на все руки, то есть ноги – и хоккеист, и фигурист, и лыжник! Тебе, наверное, и так оценки по физре ставят за красивые глаза.
– Если бы! – хмыкнул Денис. – Бегаю, как все.
– Ну и бегай себе, – я снова попыталась поставить лыжу на проложенную колею, но он придержал меня за рукав:
– Да подожди ты!
Я беспомощно оглянулась, словно надеясь на помощь одноклассников, но рядом по-прежнему никого не наблюдалось. Порадовавшись, что никто не видит меня в двусмысленной ситуации, я подняла глаза:
– Ну что тебе?
– А вот что, – ответил Денис, приподнял мой подбородок рукой в колючей шерстяной варежке и, наклонившись, поцеловал.
То ли от холода, то ли от страха я не ощутила поцелуя и брякнула первое пришедшее в голову:
– Бабушка вязала?
– Что? – обалдело переспросил он.
– Варежки бабушка вязала?
– А… да.
– Мне тоже, и ещё носки, – похвасталась я, чувствуя, что меня несёт куда-то не туда.
В этот драматический момент послышался молодецкий крик:
– Лыжню!
За деревьями замелькали знакомые куртки – приближались мои однокласснички, провалявшие дурака на старте и теперь спешно навёрстывавшие упущенное время.
– Поехали скорее, увидят! – прошипела я.
Попыталась отстраниться от Дениса, но ещё глубже провалилась в снег – на лыжню я так и не вернулась, по-прежнему торчала на обочине.
– Пусть видят, – ухмыльнулся он, снова наклоняясь ко мне.
Я замахнулась на него палкой, одновременно осознавая, как по-дурацки выгляжу. А ведь совсем недавно смеялась над не слишком умными хоккеистами, которые лупят друг друга клюшками! Кажется, мироздание решило мне отомстить…
Денис, усмехнувшись, легко оттолкнулся и через секунду скрылся из вида. Я осталась на месте, ошарашенно глядя ему вслед. Из-за деревьев с шумом выкатились наши парни с Ерохиным во главе.
– Что зависла, Елина? – поприветствовал меня герой дня. – Может, подтолкнуть?
Я сердито отмахнулась от него. Парни с шумом пронеслись мимо, стряхнув с еловых лап снег. Только после этого, убедившись, что сзади никого нет, я осторожно встала на лыжню, вытряхнула набившийся в бабушкины носки снег и поехала вперёд. Результаты кросса меня сейчас волновали в последнюю очередь.
Уроки наконец-то кончились, торопиться было некуда, и мы с Ленкой брели домой, цепляя нога за ногу. Я, конечно, не чувствовала себя выброшенным на берег дельфином, как после бега, но усталость всё же ощущалась, и нельзя сказать, что очень приятная. Кроме того, я не смогла так мастерски закрепить лыжи, как дедушка, и с трудом удерживала в руках разваливающуюся вязанку.
– Ты чего в лесу застряла? – поинтересовалась Ленка.
Несмотря на незапланированную остановку, я уложилась в нижнюю границу норматива, однако моё долгое отсутствие не могло остаться незамеченным. Мне ни с кем не хотелось делиться тем, что произошло, однако это было бы предательством по отношению к подруге после того, как я проныла ей все уши на тему своих странных отношений с Денисом. Пришлось вкратце пересказать основную канву, опустив, естественно, момент поцелуя – это было настолько нереально, что теперь даже я сомневалась, случился ли он на самом деле.
– Вот видишь, – философски заметила Ленка. – А ты переживала.
