Он прижимает сухой палец к ее губам, расплющивая их.
– Ш-ш-ш-ш! Уже скоро.
Она ждет вместе с ним; каждая секунда превращается для нее в пытку. Перед глазами встает лицо отца. Как он справится без нее? Она даже не знает, где находится. Пугающая мысль приходит ей в голову: как они вообще найдут мое тело?
Желудок скручивает болезненный спазм. Потом еще и еще один, боль распространяется по всему телу. Она срыгивает, а он тем временем распускает путы, стягивавшие ее запястья и талию, оставляя связанными только ноги.
Все ее тело содрогается, извиваясь от усиливающейся боли в животе. Потом боль вспыхивает в затылке, где череп стыкуется с позвоночником, – мучитель приподнимает ее и сажает на каталке.
– Ну вот, вот, уже сейчас, – бормочет он. – Ты же хочешь быть чистой, правда?
От острой, пронзительной боли в животе ее начинает тошнить. Рвота льется рекой на простыню, накрывающую ее колени, а он поддерживает ее под локти. Волна за волной желтой желчи выплескиваются из ее рта на каталку, пока она не ощущает себя полностью опустошенной, в поту, с колотящимся сердцем и горечью на языке.
Она падет назад, на него, обессиленная. Он осторожно укладывает ее обратно на каталку, и на короткое мгновение наступает передышка, пока спазмы не начинаются снова, теперь уже ниже, в кишечнике. Давление нарастает, и внезапно ее сфинктер разжимается. От отвратительного резкого запаха ее снова начинает тошнить, но желудок уже пуст.
Она лежит неподвижно; пот остывает на ее лице. Она в шоке от того, что покрыта собственными испражнениями. Он стоит над ней, разглядывая ее своими разноцветными глазами. Ниже его лицо закрыто жутким блестящим пластиком. Ее кишечник сокращается в последний раз, а потом, так же резко, как началась, боль проходит.
Он берет шприц и подносит к ее руке; она слишком слаба, чтобы хоть как-то протестовать. Короткий укол, и она ощущает, как жидкость растекается по ее венам, расслабляя мышцы тела, прогоняя страх и боль. Словно зачарованная, она глядит, как он раздевается. Он медленно, аккуратно складывает свою одежду на стуле. Рядом она видит холодильник морга и, даже под наркотиком, не может сдержать дрожь.
Что еще он собирается с ней сделать?
Он снимает простую белую футболку. Он невысокий, но крепкий; темные волоски покрывают крепкие мышцы его плеч и груди.
Из ее глаза бежит одинокая слеза.
