Она снова положила ладони на стол перед собой и встретилась глазами с Ломаксом, который скрестил руки на груди и слегка расслабил спину.
– Ну так что,
– Вообще-то это
– Можем поболтать о старых временах. – Он облизнул губы. – Тут нечасто удается поболтать с красивой дамочкой. Охранницы – настоящие овчарки.
Это замечание она проигнорировала.
– Если вам нечего сказать, ладно, но я хотела вам кое-что сообщить. Вашу ДНК нашли на нескольких трупах с убийств разбитых сердец. Суд счел, что это решает дело.
Улыбка сползла с его лица.
– Чушь собачья. – Со скучающим выражением он отвел взгляд.
– Возможно. Но случилось еще что-то, и это может повлиять на ваш приговор.
Ломакс потянулся к ней через стол, и Кайра с трудом сдержалась, чтобы не отпрянуть.
– Нашли еще один труп, женский, тот же тип жертвы, тот же модус операнди, очень похоже на преступления, за которые вас посадили. Когда вы были в бегах. Похоже, вы снова плохо себя вели. – Она вгляделась в его лицо, стараясь уловить немедленную реакцию.
Ломакс прищурился и рявкнул:
– Кто-то опять меня подставляет!
Теперь уже она потянулась к нему, собрав волю в кулак.
– Может
Ломакс воздел руки кверху и проревел торжествующе:
– Я же говорил, что невиновен!
Морщинистое лицо Даниельссона тут же возникло в окошке двери. Том показал ему большие пальцы, и охранник, коротко глянув на Ломакса, снова скрылся.
– Я говорил тебе, что это не я, малыш Томми! – с маниакальным хохотом воскликнул Ломакс. Он хлопнул в ладоши, и его цепи громко звякнули. – Похоже, ты облажался. Я невиновен. Я выйду отсюда еще до того, как ты произнесешь «ошибка судопроизводства». Часики тикают, Томми!
– Не торопитесь, – перебила его Кайра. – Все не так просто, Ломакс, но, возможно, вы и правда выйдете отсюда. Вашу ДНК нашли на двух телах, а это говорит, что вы причастны. Подумайте как следует, кто мог поместить вашу ДНК на трупы жертв, потому что сейчас делается выбор между двумя вариантами: вас подставляют или у вас есть сообщник. В последнем случае вы останетесь в тюрьме. Но если у вас есть предположения насчет того, кто мог подставить вас и по какой причине…
– Вам следовало спросить об этом четырнадцать лет назад! Вы единственная считали, что я этого не делал… и как вы поступили? – бросил он ей в лицо.
– У меня были сомнения, но…
– Насрали на меня – вот как вы поступили! – Он дернулся к ней. – Вы знали, что я невиновен, но ничего не сделали. Надо было получше бороться за меня, сучка! Я торчу в этом Диснейленде четырнадцать… гребаных… лет! Кого, по-вашему, я за это виню, а?
Он ощерил гнилые зубы и глухо зарычал.
Дыхание Кайры участилось, пчелы внутри загудели снова.
– Если вы этого не делали…
– Я никогда… – Он подскочил на месте.
– Хорошо. – Она изо всех сил старалась, чтобы голос звучал ровно. – Мы хотим поймать того, кто это сделал. И тут мы можем помочь друг другу – вы поможете найти убийцу, а мы вытащим вас отсюда. Выскажемся в вашу пользу в суде. Признаем, что допустили ошибку.
Она посмотрела на Ломакса – как он обдумывает ее слова. Неужели ей удалось достучаться до него?
– И как вы вернете мне годы, которые я проторчал здесь?
Это ей пришлось проигнорировать.
– Можете назвать тех, кто хотел бы вас подставить? – спросила Кайра.
– Да любой коп! – взревел Ломакс.
Том ведь говорил, что только тот, кто знал все подробности дела, мог бы скопировать убийство. Что, если это и правда полицейский?
– И кому было выгодно засадить вас за решетку?
– Много кому. – Ломакс больше не шутил; его лицо почернело.
– Кто мог заполучить вашу ДНК, чтобы оставить ее на трупах? Ваши волосы, кровь, что-то в этом роде?
– Любой, кто сталкивался со мной! Какой-нибудь урод, который тут сидел, прежде чем освободиться.
– Мы это изучим, и ваших посетителей тоже. Вы кому-нибудь в тюрьме рассказывали подробности преступления? Детали, о которых никто не знал?
Он прищурил глаза:
– Как я мог о них рассказать, если я этого не делал?
– Конечно, нет. – Он был слишком умен, чтобы попасться в ее ловушку. Но что-то промелькнуло в его глазах. Что же?
Она помолчала секунду, давая ему время подумать. Том часто делал так на допросах, говоря, что
Кайре стало жарко. Если настоящий убийца на свободе и собирается повторить свой паттерн, у них всего четыре дня, чтобы поймать его, прежде чем он нанесет следующий удар. Прежде чем умрет еще одна ни в чем не повинная женщина.
Уголком глаза она заметила, как поежился Том.
Ломакс размышлял; его глаза бегали. Неужели он даст им зацепку?
Она затаила дыхание.
Он уже раскрыл рот, собираясь заговорить.