Небогатов позднее описал, как он попал в командующие 3-й эскадрой: «При своем вступлении на службу во флот, я себе поставил за правило никуда не проситься и ни от каких назначений не отказываться. В 1904 году я был в Черном море, командовал учебным артиллерийским и минным отрядами. В один прекрасный день в сентябре месяце приглашает меня главный командир Черноморского флота, адмирал Чухнин и говорит:
— Я получил телеграмму от управляющего Министерством. Для вас, контр-адмирал Небогатов, имеется новое назначение, поэтому прошу немедленно прибыть в Петербург.
Конечно я собрался на следующий день, приехал и стал заниматься тем делом, которое мне было поручено. Это дело требовало различных обсуждений и знакомства с офицерским составом. Мне помогали в этом деле капитан Кросс и лейтенант Сергеев. Потом, в ноябре месяце, начались разговоры, что нужно послать в помощь адмиралу Рожественскому 3-ю эскадру.
3-я эскадра начала готовиться. Я продолжал заниматься своим делом.
В один прекрасный день меня из Главного Морского штаба вызвали и говорят, что Управляющий Министерством приглашает прибыть сейчас к нему. Прихожу к нему в кабинет. Там заседает большая комиссия под председательством самого Управляющего Министерством и главного командира Кронштадтского порта, адмирала Бирилева и всех техников. Оказывается, они рассуждали о том, кому поручить снаряжение этой эскадры.
Адмирал Авелан обращается ко мне и говорит:
— У нас еще нет командующего эскадрой. Хоть вы и заняты другим делом, я думаю, вы, как никто другой, справитесь и поможете адмиралу Бирилеву при вооружении этих судов.
Конечно такое предложение было для меня лестно. Почему бы не помочь? Вскоре я поехал с адмиралом Бирилевым в Либаву.
На судах работа была в полном разгаре: часть броненосца «Николай I» была сломана, мачты «Владимира Мономаха» были снесены. Я скоро вошел в дело и стал помогать и снабжать эскадру и транспорты. Затем начали кампанию. Начальника эскадры не назначают, в силу этого мне пришлось поднять флаг. Теперь, не помню точного числа, но, должно быть, дней за пять до ухода, будучи в Либаве, я получил телеграмму: «Немедленно отправиться в Петербург для сдачи эскадры вновь назначенному адмиралу Данилевсому». Я стал собирать свои чемоданы. Через два часа получаю телеграмму, что Данилевский отказывается, и все остается по-старому. Работы тут было еще на 4—5 дней.
