— Сколько же народа тут полегло? — опасливо озираясь, поёжился бывалый зэк. — Гляди, даже колдунов камешками завалило.
— Против таких каменюк и колдуны бессильны, — обходя огромный валун, поддакнул проводнику товарищ.
— Разговорчики в строю! — пресёк провокационные речи командир необычного отряда.
Нет, зэки — то были как раз стандартные— грязные оборванцы с дубьём и заострёнными дрынами наперевес. Грязные, потому как одежды и бородатые рожи густо замараны глиной— хоть какое — то спасение от роя кровососущей мошкары, что вечерами налетала на бродяг. Странным был предводитель отряда. Вместо колдуна в коричневой одёжке, бедолаг вёл на убой человек… в пехотном бронескафандре Старого Света! Из — за пуленепробиваемого стекла шлема на перепуганных зэков надменно взирал храбрый сержант конвойной службы. Крепкая броня придавала вояке уверенность в завтрашнем дне. Такого крепыша камнями не раздавишь, адским огнём не испугаешь! А для острастки всяких зубастых тварей, бравый сержант сжимал в руке армейский бластер.
— Кто попытается отстать— пристрелю! — обернулся командир к замешкавшимся зэкам.
— Говорил же я: не пройдём мы через перевал, — остановился проводник и укорил дурного конвоира — Лучше бы в обход три дня потеряли— зато целыми до базы дошли. А теперь нам… опять перерождаться и с самого Лежбища путь начинать.
— Прекратить панику! — прошёл в голову колонны бравый сержант и наставил бластер на бунтовщика.
— Да лучше уж от твоего плазмомёта лёгкую смерть принять, чем вон от этих зубастиков, — кивнул проводник в сторону перегородившей тропу стаи хищных ящеров.
Сержант перенацелился на новую опасность.
Опытный зэк презрительно сплюнул, не разделял он оптимизма начальничка. Ибо не зря ущелье костьми выстлано, даже колдуны со своими свистками и огненными шарами не прошли— видно, здесь не одни зверюги перевал стерегут. Да и камнепад адские твари обычно не устраивают— тропу блокировал умный враг.
Вояка в скафандре не успел выстрелить в хищников. В воздухе змеёй прошипел аркан, тугим кольцом анаконды прижав руки стрелка к корпусу. Мощный рывок свалил сержанта с ног и шмякнул о каменную глыбу. Затем неодолимая сила проволокла брыкающееся тело по валунам помельче. Заданная ему трёпка никакого вреда «законсервированному» в пластик организму не причинила, но оружие из рук выбила.
— Бластер! Хватайте мой бластер и стреляйте! — кувыркнувшись, вскочил на ноги сержант.
— Не советую, — раздался уверенный бас, и из — за камней вышел огромный рыжеволосый детина.
Скрытую в словах угрозу подтвердило злобное рычание стаи зубастых рогатых ящеров. Героев кинуться за потерянным оружием не нашлось, зэки сбились в кучу поодаль, ощетинившись дрекольем. Сержант беспомощно задёргался в петле, не в силах ослабить затянутую удавку.
Гигант дёрнул за верёвку, свалив пленника на колени, и, накрутив вокруг торса ещё несколько петель, закрепил путы хитрым узлом на шее жертвы. Ходить кукла могла, а вот махать ручками, уже нет.
Стоя на коленях, броненосец со злостью наблюдал за рыжим хозяином ада. Ибо дикие исчадия слушались его жестов беспрекословно. Стая, злобно рыча и пуская слюни, проворно окружила серое стадо и ждала лишь отмашки для расправы. Исход бойни для всех очевиден. Зэкам, конечно, умирать такой жуткой смертью не хотелось, но выбора нет. А вот сержант, с местными реалиями ещё не знаком, и пытался качать права.
— Я служащий тюремной охраны! Вам добавят срок, за неподчинение администрации!
Вертухай поднялся с колен и окинул высокомерным взглядом грязного зэка. Правда, пришлось смотреть на рыжеволосого гиганта снизу, высоко задрав подбородок. Абориген оказался на две головы выше пленника. Кожа обмазана зелёной вонючей мазью, очевидно, отпугивающей кровососущего гнуса. Из одежды, на дикаре только перекрашенные короткие шорты от арестантской робы, да стандартные сандалии. Зелёная рожа в маскировочных разводах глупо контрастировала с огненно — рыжими волосами и короткой пышной бородой. На вид парню не больше двадцати пяти лет, атлетического сложения: под слоем зелёной мази чёткими контурами бугрились— ну очень развитые! — мышцы. Дикарь не выказывал никаких эмоций на лице, словно выполнял привычную рутинную работу. И результаты трудовой деятельности хрустели под его тяжёлой пятой обглоданными зверьём костьми. Не уж — то, этот суровый душегуб растерзал на проклятом перевале сотни зэков?! Даже колдунов не убоялся! А о диких тварях, что под его управлением, и думать жутко— кошмарные зверюги.
— Освободительной армии нужны такие солдаты! — поменял тактику сержант, заметив, как заинтриговали дикаря листовки, выглядывающие из плетёной сумки проводника.
— Говоришь: солдаты нужны, — поднял с камней армейский бластер дикарь и проверил боезаряд. Сразу видно, обращался с оружием профессионально. — Ну, пойдём, потолкуем.
