Это сильное заявление. Однако оно многое говорит о нашей демократии, а не только о блогах. Это та часть Америки, которую сложнее всего принять нам, любящим Америку: наша демократия атрофировалась. Конечно, у нас есть выборы, и в большинстве случаев суды признают их итоги. На этих выборах голосует относительно малое число людей. Избирательный цикл окончательно профессионализировался и превратился в рутину. Большинство из нас считает это демократией. Но демократия никогда не состояла из одних только выборов. Демократия означает народное правление, и правление – это нечто большее, чем просто выборы. В нашей традиции это также означает контроль через вдумчивые обсуждения. Это было идеей, захватившей воображение Алексиса де Токвилля, французского адвоката XIX века, который составил самое важное описание ранней «Демократии в Америке». Его очаровали не народные выборы, а присяжные – институт, давший право обычным людям решать судьбу других граждан. И более всего его поразило, что присяжные не просто голосовали за свое решение. Осмотрительные члены жюри спорили о «верности» принимаемого решения, старались убедить друг друга в верности своих взглядов и, по крайней мере, в случае преступного деяния обязаны были прийти к единодушному мнению для завершения процесса[76]. Но в сегодняшней Америке даже этот институт пришел в упадок. И вместо него так и не появилось системных инструментов, привлекающих граждан к дискуссии. Некоторые побуждают к созданию именно такого общественного института[77]. И в некоторых городах Новой Англии нечто похожее на обсуждение еще живо. Но для большинства из нас и в большинстве случаев для «демократических процедур» не хватает ни времени, ни места.
Куда забавнее, что, вообще-то, не требуется даже разрешения на проведение таких обсуждений. Мы, самая могущественная демократия мира, выработали строгое правило – не разговаривать о политике. Здорово беседовать о политике с теми, кто разделяет ваши взгляды. Но говорить о политике с оппонентами неприлично. Политический дискурс изолировался, а изолированный дискурс ударяется в крайности[78]. Мы говорим то, что наши друзья хотят услышать, и слышим крайне мало помимо того, что говорят наши друзья.
Зайдите на блог. Сама архитектура блога решает одну из этих проблем. Люди делают записи, когда им того хочется, и читают постинги, когда пожелают. Самое сложное – это синхронизация. Технологии, обеспечивающие асинхронные сообщения – такие как электронная почта – расширяют возможности коммуникации. Блоги обеспечивают возможность организовывать общественные дискуссии без необходимости собирать публику в одном месте.
Но и вне своей архитектуры блоги также решают проблему правил. В блоговом пространстве нет (пока) такого правила – не говорить о политике. В действительности, там все заполнено политическими дискуссиями как правых, так и левых. Некоторые из наиболее популярных сайтов тяготеют к консерватизму или либерализму, но множество – пестрит всеми политическими красками сразу. И даже блоги неполитического характера затрагивают вопросы политики, если те этого заслуживают. Значение этих блогов сейчас крайне мало, хотя и не ничтожно. Имя Говарда Дина вполне могло позабыться со времен президентской гонки 2004 года, если бы не блоги. И хоть количество читателей невелико, чтение производит эффект.
Вот пример влияния на события, жизненный цикл которых в традиционных медиа был иным. Дело Трента Лотта. Когда Лотт «оговорился» на вечере в честь сенатора Строма Термонда, приветствовав, по сути, его сегрегационистские взгляды, он мог точно рассчитать, что этот случай исчезнет из обычной прессы через пару суток. Так оно и случилось. Но он не рассчитал живучести этой истории в блоговом пространстве. Блоггеры продолжали копаться в этом происшествии. Со временем всплыли и другие примеры подобных «оговорок». В конце концов, история бумерангом вернулась в традиционные СМИ, и Лотту пришлось сложить с себя полномочия лидера сенатского большинства[79]. Такой замечательный цикл возможен из-за отсутствия коммерческого нажима на блоги, которого не избежать другим медиа. Телеканалы и газеты – коммерческие предприятия. Они вынуждены стараться сохранять аудиторию. Если они потеряют читателей, они потеряют доходы. Как акулы, они должны непременно двигаться.
