– Бабулечка тяжелая, с ней не каждый справится, не каждый вытерпит. У нее и убрать, и приготовить, и давление измерить, и в аптеку через раз гоняет, и массаж – руки, ноги, спина. Не набегаешься! А ей еще – то невкусно, это некрасиво, так больно, руку мне не поднимай, сильно не тяни – сломаешь. Требует, чтоб я два раза в день приходила – утром и вечером, потом не отпускает, разговорами держит, ну понятно, ей одиноко одной…
Юля едва сторговалась и обещала попросить бабушку не держать Лиду подолгу.
На обед Юля идти боялась. Она боялась встретить Андрея – не знала, что ему сказать. Они действительно столкнулись в холле, и Юля смутилась, прошла мимо, но Андрей как будто не обратил на нее никакого внимания – словно и не было поцелуя. Юля на секунду даже вдруг подумала, что ей все приснилось.
– Ты чего сегодня такая рассеянная? – спросила Тоня, хрумкая салатом с морковкой.
– Настроение такое. На погоду, наверное.
– Тебе надо больше веселиться. Вчера совсем не потусовалась.
– Да-а, – задумчиво протянула Юля, – а вы как погуляли?
– Нормально, – резко ответила Лена, – видела, какую Андрей привел… модель?
Юля поперхнулась.
– Видела. А она модель?
– Да, она снималась для одного косметического бренда. И еще в паре клипов. Светская московская деваха. Андрей же часто мотается то в Москву, то в Питер. У него там недвижимость. В смысле бизнес, он кучу жилых комплексов там отстроил. Закачаешься. Откуда иначе деньги на отель и раскрутку всего этого колыванского курорта? Столичные деньги.
– Откуда ты все это узнала? – удивилась Юля.
– Я тебя умоляю. – Лена картинно махнула рукой. – Не будь наивной. Везде свои источники. Надо только внимательно слушать.
Юля поковыряла салат и набросилась на рыбу.
– А зачем ему отель здесь, если у него в Москве так хорошо идут дела?
– Не знаю. Верит, что здесь будет такое же крутое туристическое место, как в Горном. Видит перспективу. Ну и потом – а почему нет? Здесь красиво, уже сейчас из Горного народ валит, вон сколько богатых клиентов, скоро весь московский бомонд будет здесь! А он катается туда-сюда, ему в кайф. Родителей он давно в Москву перевез. А сам пока катается. Вообще он отсюда родом. Не из Москвы.
– Ой, извините. – Тоня встала из-за стола и куда-то побежала.
– Куда она? – спросила Юля.
– Это она Костю своего увидела. Он, кстати, симпатичный. Но совсем еще мальчишка. Но ей и нужен мальчишка.
– А тебе кто нужен? – не удержалась Юля.
– Мне нужен богатый надежный мужик. Лучше бы иностранец.
– Правда? – Юля искренне изумилась.
– Да, я сначала на нашего Андрея прицеливалась, но уже вижу, что с ним особо каши не сваришь. Да и девушка у него уже есть. Я вообще всегда хотела уехать подальше из России. Ненавижу эту дыру. – Лена говорила со злостью.
– Почему?
– Странный вопрос. Ты тут сколько? Неделю? И уже забыла, какая жизнь за пределами этого шикарного дворца? Шикарные клиенты в шикарных шмотках с шикарными гаджетами, шикарные вечеринки с шампанским – мы можем только смотреть и облизываться. Нас подпускают близко-близко, но мы всего лишь прислуга, мы из другого мира. И я этот мир ненавижу. Я лучше сдохну, чем когда-нибудь снова вернусь к прежней жизни. Я зубами себе прогрызу дорогу. Хорошо, этот отель попался. А без него – что? Грязь, нищета, огороды, домашний скот, отвратительные продукты, убогие дома, пьяные ленивые мужики. Не-е-ет. Отсюда я уеду или в столицу, или за границу.
Из служебного помещения появилась Тоня за руку с Костей, худеньким молодым человеком небольшого роста, темноволосым и улыбчивым.
– Девушки, я вам сейчас принесу отпадный клубничный десерт! Пальчики оближешь. Кто на диете – не бойтесь, он низкокалорийный. Наши отельные клиентки-фифочки от него в восторге!
Во второй половине дня на педикюр приходила Оксана и вела свободолюбивые разговоры. То есть Юле они казались свободолюбивыми, потому что Оксана открыто, искренне делилась своим мнением, не стеснялась себя, говорила складно и просто, иногда затейливо, а иногда и мат себе позволяла, при этом мат даже украшал ее речь, придавал ее облику, ее манере необъяснимый шарм. И хотя Юля не любила мат, всю жизнь его слышала в М. от всех подряд – там народ без мата не мог вообще – ей казалось, что Оксана использует мат к месту. У нее мат был какой-то интеллигентно-гламурный, не противный, он придавал высказыванию комический эффект или усиливал драматизм. Юле хотелось говорить так же нескромно, так же смачно, смешно, уверенно и убедительно. Она слушала Оксану, и ей думалось, что если бы она так говорила, ее бы все слышали, все бы уважали ее мнение. Помимо самих слов, важно еще настроить голос, выработать интонацию. У Юли голос всегда был не очень сильный. Не тихий, не слабый, но скорее сопрано. А у Оксаны был яркий альт, голос шел прямо из груди, она очень четко артикулировала, не смазывала звуки, у нее не было ни единого произносительного дефекта, а Юля с детства не выговаривала «л».
Оксана объясняла, что понимает людей с убеждениями. Например, она хвалила какого-то писателя, о котором Юля никогда не слышала.
