Был в Киеве театральный режиссер Сумароков. Еще из «тех». Ходил в пенсне и бабочке и с палочкой для форса. Играл на бегах и заказывал между заездами сто граммов водки, изумляя буфетчиков ненужным окончанием «ов», ничего не добавляющим в стопку, и обращался на вы, даже когда красавица жена актриса Валерия Францевна Драга (из полячек!) в диспутах посылала его, куда посылают выпивших мужей в семьях не столь изысканных. Словом, интеллигентный человек, образованный, старой школы.
Однажды в театре происходило собрание с участием председателя президиума Верховного Совета республики Ковпака, и Сумароков как практический антрепренер старой школы (что и нынешним удается – без изящества, впрочем), желая наладить с властью добрейшие отношения, высказался не без политеса:
– Театр благодарит за добрые намерения вас, глубокоуважаемый Сидор Артемович, правительство и, разумеется, совершенно очаровательную Коммунистическую партию большевиков.
– Вы бы хоть рот перекрестили, – сказала ему Валерия Францевна.
– Я не член партии, – отвечал ей Александр Александрович, – чтобы держать кукиш в кармане. Я все им бросаю в лицо!
Уже первое знакомство с избранными статьями показывает жизнелюбивость, честность и дружелюбие организации. У нас нет идолов и героев, основоположников и последователей, нам некого благодарить, кроме Бога, родителей, друзей и любящих (любимых) женщин (мужчин).
Нам даже некого повесить в виде портрета на манер Маркса – Путина…
Припоминаю одного реформатора, который покрывал (в прямом смысле слова) прежнего начальника портретом следующего таким образом, что у него получился политический «наполеон»… Кстати, Наполеон – недурная фигура, чтобы висеть в кабинете. (Правда, смоленские крестьяне… Да их можно и не пускать.)
Хотя нет. У ПНБ(д) тоже имеется портрет, который достоин рамы. На нем изображен К. С. Станиславский, косым крестом заклеенный бумажными лентами, и внизу надпись: «Верю!»
Потому что
Сказал Хрущев, что в восьмидесятом году наступит коммунизм, – значит, мы уже жили при коммунизме. Описал Оруэлл восемьдесят четвертый год – значит, коммунизм был таков. Теперь мы живем при демократическом строе. Правильно я понял?..
Другими словами, кому хотим, тому и верим без объяснения мотивов. На основании статьи № 61.
В связи с тем, что тема возглавления нашего совершенно очаровательного строя возникла сама, переходим ко второму краткому курсу программы-устава ПНБ(д).
Мир никогда не будет жить справедливо, потому что он населен людьми. Свобода и равенство несовместимы. Большинство обитателей Земли этого не понимают, потому что они бытуют хуже и беднее меньшинства. Эти многие не хотят свободы, они вожделеют жизни и благ, которыми пользуется меньшинство. Если невозможно, чтобы большинство жило лучше, то их устроила бы ситуация, в которой остальные станут жить хуже. Правда?
Напомним, что истинный тамада – это тот, кто ведет стол умно, грамотно, не забывая, что в застолье все равны. Его комплименты адекватны заслугам, слова лишены хамства, лести и вранья. Память об ушедших светла, речи о живых достойны. Он трезвее других. Он избран столом для объединения и радости. Он всех слышит.
Вопреки устоявшимся представлениям он ничего общего не имеет с президентом. Тамада добр, интеллигентен, честен, никогда не действует силой, не наливает в рюмки под столом, не сводит счеты с участниками застолья и избегает внешних эффектов. Он, словно капитан, ведет стол-судно ясным, объявленным курсом и покидает корабль в порту, куда обещал привести… С президентами – другая история.
Наивному (беспартийному) истинному Поэту Белле Ахатовне Ахмадулиной случился звонок:
– Мы хотим предложить вам войти в инициативную группу по выдвижению Владимира Владимировича!