Итак, я предлагаю дать идее ПНБ(д) ход. То есть налить, выпить и поговорить как люди… Да, забыл еще один пункт устава:
– А что, приятели, – спрашивает автор из гондолы
монгольфьера – корзины (много больше потребительской,
но такой же пустой), – хорошо ли вы живете?
– Да пошли они все…
Понимаем народ. На одном языке говорим.
Вменяем и смел. В стране, где стучало больше,
чем сидело, и которой
сегодня руководят офицеры действующего
резерва КГБ, позволить себе осмысленную
и идеологическую лень – поступок,
внушающий оптимизм.
Значение помидора огромно,
потому что оно верно.
АННА АНДРЕЕВНА: Так вы и политикой занимаетесь? Как, должно быть, приятно руководителю! Вы, верно, и достигли многого?
ХЛЕСТАКОВ: Да, достигли. Наших, впрочем, много есть достижений: свобода, равенство, братство. Уж и всего даже не помню. И все случаем: не хотел освобождать крестьян, но товарищи говорят: «Пожалуйста, брат, ну сделай с ними что-нибудь». Думаю себе: «Пожалуй, извольте, братцы!» И тут же в один вечер, кажется, всех от земли освободил, всех изумил. У меня легкость в мыслях необыкновенная: гражданская война, голод в Поволжье, борьба с вредителями, от каждого по способности – каждому по труду, – все это мы наделали, все от имени подданных.
АННА АНДРЕЕВНА: Скажите, так это вы были подданные?
ХЛЕСТАКОВ: Как же, мы им все поправляли.
АННА АНДРЕЕВНА: Так, верно, и национал-социализм ваше сочинение? Я только сейчас догадалась.
МАРИЯ АНТОНОВНА: Ах, маменька, ведь известно, что это господина Гитлера сочинение.
АННА АНДРЕЕВНА: Ну вот я и знала, что даже здесь будешь спорить.
ХЛЕСТАКОВ: Ах да, это правда: этот точно Гитлера; а есть другой социализм, так тот уж наш.
АННА АНДРЕЕВНА: Ну это, верно, я при вашем жила. Как хорошо придумано…
Вперед к будующему
Прощай, мой читатель!
Сейчас ты узнаешь такое, что, может, тебе больше и не захочется подать мне руки. Посмотришь ты вослед и скажешь: тьфу, приятель, на тебя! И слава богу, что раздружились мы и что не надо более, натыкаясь на какую-нито незамысловатую мыслишку, с замиранием любящего сердца думать: хоть бы не он был подписан под тем газетным листом, что вянет еще в типографском прессе; хоть бы он помолчал в этом крике – то-то мы были бы ему благодарны за тишину.
Словом, те немногие любимые читатели, что помнят меня: прощайте, наверное, поскольку и я хочу встрять и поведать о том, чему и сам был бы до крайности удивлен, прочтя подобное в пристойном издании. Я хочу доказать вам, что социалистический выбор в том виде, в котором он водился в нашем государстве семь десятилетий, и нынешнее опровержение (или продолжение его?) – действительно реальный шаг к будущему прекрасному обществу. И еще: за всю историю цивилизации не было, пожалуй, людей, которые так продвинули бы не только себя (как часть), но и самое – ЧЕЛОВЕКА – к новой ступени совершенства, как это сделали и всё еще продолжают делать идеологи и практики коммунизма, равно как и состязатели его, вскормленные им и выросшие на нем, а теперь, поди, прозревшие.