Спасла чужой мозг от перегрузки — без предупреждения заехала пяткой по голове. Хороший такой удар, с разворота! Особенно, если знать, куда бить, и бить с наслаждением. Инор Таасс напоминал мне Кабаса, правда, с налетом имперского лоска. Рассыпался в комплиментах, но, уверена, прикажи ему, стал бы отличным надзирателем! Шаг, еще шаг… Камергер оседал на пол. Приложила его второй раз, для верности, но тут, выйдя из ступора, завизжала вторая девушка.
Папа говорил, женщин бить плохо. Они по-другому устроены, более хрупкие и не предназначены для того, чтобы их били. Но… В другой раз, в другой жизни я буду вести себя хорошо. В этой же… Врезала горничной кулаком по лицу, и она распласталась у моих ног. Посмотрела на истарку. Что теперь?!
— Быстрее! — приказала та. — Нет, стой! Сниму…
Потянулась к ошейнику, касаясь моей шеи холодными пальцами, бормоча, что ее задержал камергер и чуть не сорвал операцию.
— За мной! — приказала девушка, бросив ошейник на пол.
Переступив через лежащего инора Таасса, потащила в соседнюю комнату, где, похожие на саваны, лежали кучи смятых скомканных простыней.
— Тебя уже ждут. Внизу, — девушка распахнула передо мной черную дыру люка, куда, видимо, сбрасывали использованное постельное белье и полотенца.
Наверное, где-то там, на нижних уровнях — это же сколько лететь?! — их собирали и засовывали в стирку. Но…
— Туда? — переспросила у истарки, усомнившись в ее адекватности.
— Прыгай уже! — приказала девушка. — И голову береги на поворотах.
— Ты серьезно? — я заглянула в ход, их которого веяло могильной пустотой. — А… Сюда?!
В эту черную дыру? А я выживу?! Кто-то это уже делал до меня?.. Подозреваю, вряд ли сей факт волновал аналитиков «Свободных Звезд», разрабатывавших операцию.
— Нет, погоди! — попросила истарка. — Ударь меня, как и остальных.
Тут послышались голоса и топот бегущих людей, и это придало мне ускорения. Заехала ей по лицу. Немного перестаралась, потому что девушка, охнув, рухнула без чувств на кучу простыней. Я же залезла на крышку люка. Вздохнув, подумала, что от встречи с богами меня разделяют считанные мгновения. После чего скользнула внутрь.
Затем я падала. Вовсе не скользила, медленно и томно, на что надеялась, а летела вниз, ударяясь об стенки дьявольской трубы. Отбила ноги, плечи, колени; искусала губы в кровь, заставляя себя не орать. Меня несло на огромной скорости, крутило, швыряло из стороны в сторону. Я понимала, что никак, никак не смогу замедлить ход, остановить или прекратить происходящее. Руки, спина, колени… Голова… Опять голова! На последнем повороте приложилась так, что вышибло дух, после чего, едва дышащую, подвывавшую от бессилия и боли, меня вышвырнуло на кучу белья! Ох…
Приземление, конечно, врагу не пожелаешь!
Дальше я лежала, не в силах пошевелиться. Пыталась прийти в себя. Вернее, осознать, что от меня осталось. Но тут подбежали, склонились двое мужчин в синих бесформенных комбинезонах, с натянутыми на головы капюшонами и в защитных шлемах. Знала такие — со встроенными фильтрами, защищающими от токсичных и разлагающихся органических отходов. Мусорщики!
— Вы… кто?! Что вы делаете?! — прошептала, когда меня стали засовывать в похожий комбинезон.
Именно так! Подняли с кучи простыней — я очутилась в большом, гулком помещении, пропахшем влагой, несмотря на то, что работали кондиционеры, и стали натягивать бесформенную одежду. Засунули руки в рукава, ноги в штанины, затем соединили швы.
— Жива? — даже не спросил, а выдохнул черноволосый мужчина. — Маша, пошевеливайся. Надо спешить!
Я с изумлением уставилась в черные насмешливые глаза. Знакомое, худое нервное лицо; круги от усталости под глазами, искар на виске. Самый лучший, любимый мусорщик на планете — Дорс, мой названый брат! Специалист по сумасшедшим планам и безумным побегам. Кто еще мог засунуть меня в трубу, а теперь, как ни в чем не бывало, запихивать в комбинезон?!
Всхлипнув, кинулась ему на шею. Дорс здесь, значит… Значит, все будет хорошо!
— Руки-ноги целы? Сможешь идти? — поинтересовался он. — Маша, обниматься будем позже, когда выберемся.
Но тут и сам обнял, прижал, да так, что заболели ушибленные ребра.
— Н-не знаю, — пробормотала в ответ. — Да, смогу!
Второй мусорщик — знала его со времен операции в Высшем Надзоре — уже натягивал на мои ноги бесформенные сапоги, не потрудившись снять сандалии. Дорс напялил мне на голову защитный шлем.
— Отлично! — сказал он, оставшись довольным результатом. — Дай руку!
Протянула.
— Вырезала сама? Молодец! — похвалил меня, взглянув на бинты.
Сорвал окровавленную тряпку, сунул в карман. Вытащил флакончик. Поморщившись, побрызгал на все еще кровоточащую рану спреем, заклеил пластырем под цвет кожи. Видела такие на «Гедее», когда нам читали краткий курс по выживанию в условиях «подполья». Внутри, в пластыре, находился пузырек физиологической жидкости, где плавал код-чип с новой личностью. Майри-Айна Гилор осталась в джакузи Императора, а вот новая…
— Атьера Хасс, — сказал Дорс. — Тринадцать циклов. Родом с Бримги-4. Переехала на Рагху два цикла назад. Мусорщица со стажем.
