— Я накосячила. — В подробности вдаваться не хотелось, но обрисовать ситуацию как-то было надо. — Папа запретил выходить из дома, а я договорилась встретиться с Грэмом, поэтому и сбежала… Теперь вот думаю, как вернуться и не спалиться.
— Так у тебя с Грэмом роман? — обрадовалась Рия, а я с удивлением на нее посмотрела. Даже если и так, с чего такая радость, или это не радость за нас Грэмом, а облегчение? Типа если с Грэмом, то точно не претендую на Доминика?
— Ну не то чтобы роман… — отмахнулась я, не желая врать подруге. — Но я обещала с ним встретиться, а эти вон… — Я указала подбородком на папу и Доминика. — Решили жеребцом хвастаться. Домой не попадешь.
— Отец подарил? — понимающе уточнила подруга.
— Представление не имею. Передо мной никто не отчитывается.
Рия взглянула на меня с сочувствием и, помявшись, предложила:
— Ну, хочешь, я их отвлеку, и ты к себе проскользнешь?
— Ты меня очень выручишь!Подруга вздохнула, улыбнулась и уверенной походкой направилась в сторону нашего дома. Какие бы у нас ни были разногласия, я знала, Рия меня выручит, как и я ее.
Подруга подошла к мужчинам и начала о чем-то весело щебетать, а я, пользуясь тем, что сейчас ни папа, ни Доминик на меня не смотрят, прокралась к воротам и там, прячась за розовыми кустами, миновала опасное место, чтобы уже через пять минут проскользнуть в дом через неприметную дверцу. Отдышалась уже у себя в комнате. Получилось!
Я прокралась к окну и выглянула на улицу. У Рии тоже, похоже, получилось. Она сидела верхом на жеребце, а Доминик держал его за поводья и неторопливо катал девушку по кругу. Ну и наплевать!
Весь день я просидела одна, изучая пейзаж за окном, который, понятное дело, не менялся. И правда, как наказанная! Хотя я ведь не сделала ничего плохого! Почему я должна сидеть взаперти, ведь очевидно же, что высокий забор поместья демонов, если они решат прийти за мной, не остановит! Он и меня-то не останавливает.
Ко мне за весь не пришел никто. Ни папа, чтобы рассказать, как продвигаются поиски Уттуки, ни Доминик, который обещал продолжить меня тренировать. Это обидно. Словно я перестала существовать.
Мне же хотелось новостей, движухи и какого-то понимания, что будет дальше. Сидеть на месте тошно. Невольно закрадываются мысли, что папа и Доминик игнорируют меня не просто так, а потому, что и тренировок не будет, и Уттуку никто не ищет. И если с утра у меня были какие-то сомнения, к вечеру вместе с застучавшим по подоконнику дождем они развеялись. Я поняла, что верю Грэму и хочу увидеть маму. Возможно, она мне сможет все прояснить, раза папа откровенно избегает этого разговора.
Демонов я не боюсь, потому что Уттука мог появляться в любое время и в другом месте. Вряд ли его старшие сотоварищи ведут себя по-другому. Как только с руки сойдет метка, за мной придут, где бы я ни находилась. А пока метка со мной, я в безопасности.
В слепой надежде я спустилась к ужину, но в столовой одна Дария. Ни папы, ни сводного. Они вдвоем куда-то уехали. Без меня, забыв и забив на мои проблемы.
— А что с Уттукой? Не нашли того, кто его украл? — без особой надежды спросила я, и Дария, вздохнув, пожала плечами.
— Прости, Тесса, я весь день была с маленькой принцессой, — ответила она и примирительно улыбнулась, показывая, как сожалеет. — Ничего не могу тебе сказать, ни мой сын, ни мой муж не привыкли отчитываться о своих делах. Но уехали они куда-то вместе.
— И почему их нет на ужине, ты тоже не знаешь? — вздохнула я, окончательно теряя аппетит.
— Не знаю… прости, Тесса, я, правда, не спрашивала, когда они вернутся.
— Да что уж там!
Я вздохнула, махнула рукой, отставила почти нетронутую тарелку и ушла к себе, чтобы переодеться в уличное платье с длинным рукавом, схватить из шкафа дождевик и выскользнуть в непогоду. Я просто не могла больше сидеть в замкнутом пространстве и гадать. Пришло время получить ответы на свои вопросы.
Когда выскользнула через заднюю дверь, то поняла, что уйти так просто, как с утра не получится. У нас во дворе, тихо переговариваясь, мотались несколько мужчин. Неужели, папа выставил охрану? Зачем?
Меня стережет? Это же бред! Я затаилась, скрываясь в тени дома, подождала, пока мужчины уйдут подальше, и что есть мочи, рванула к выходу. Не к центральному, конечно, а к неприметной калитке, которой пользовались слуги, и от которой у меня был ключ.
Когда я его доставала, от волнения дрожали руки. Немного повозилась, пытаясь в темноте вставить в замочную скважину.
— Ну же! — прошипела я, сражаясь с замком. — Давай!
За спиной послышались шаги. Охрана, тихо переговариваясь, возвращалась в мою сторону, и я дернула замок. Он, наконец-то, поддался. Правда, калитка открылась с таким скрипом, что не удивлюсь, если перебудила весь дом и еще парочку соседних.
Я рванула за территорию, что есть мочи.
— Леди, вам нельзя выходить! — услышала за спиной и ускорилась, влетая в лужи и поскальзываясь на грязи.