— Грейс, ни Бернар, ни кто-либо из ее прихвостней не узнает, что я видела тебя здесь. Но и ты помоги мне. У моих друзей скоро свадьба, они еще не нашли хореографа. Может, ты могла бы…
Девушка перестала гримасничать, но скрестила руки на груди и подняла бровь.
— Я устрою встречу. Обсудите время, место, гонорар.
Почти минуту Грейс испытывала меня — пыталась заставить провалиться сквозь землю или воспламениться, — но отсутствие задней мысли помогло мне устоять и получить тихое:
— Зачем вам это?
— Для первого танца, — не поняла вопроса я.
— Нет, — покачала головой Кучеряшка, — тебе и Кевину. Зачем вы вечно выгораживаете меня?
Мне оставалось лишь пожать плечами, так как истинная причина ей бы не понравилась: не люблю, когда из хороших девочек делают кукол для битья. И в этом мы с МакКензи похожи.
— Мне пора возвращаться, — распустила узел рук девушка, — давай поговорим в понедельник. Раз уж пришла, можешь посмотреть мое выступление. Ко мне на приваты очередь, но тебя, так и быть, пропущу без нее.
Грейс подмигнула мне и впервые улыбнулась не только губами.
— Спасибо, но я планировала проявить тягу к девочкам в коллежде, — ответила шуткой на шутку я. — Не хочу заставлять МакКензи ревновать.
— Жаль. Я вот гадала, не гей ли он. Думала, если и тебя тянет на другой фронт, то вы так чу́дно спелись, как раз прикрывая друг друга.
Я засмеялась в унисон с Грейс, надеясь, что ее догадки — не более, чем часть шутки. Попадание пальцем в небо, так сказать.
Макс
Памела елозила тряпкой по чистой поверхности барной стойки, создавая иллюзию работы, и с широко распахнутыми зелеными глазами слушала меня.
— Пришлось соврать, что подхватил хламидии в бане.
— Ты же не ходишь в баню, — склонила голову блондинка.
— Но Кера поверила, — заметил я, подняв палец.
Пэм тяжело вздохнула:
— Тот случай, когда недостаток сексуального воспитания сыграл кому-то на руку. Во внешней среде возбудители ЗППП неустойчивы. И хотя версия с баней имеет место быть, шансы малы. Скорее ты мог бы подхватить их, если бы спал с кем-то другим.
— Я бы так никогда не поступил, она об этом знает. Да и это глупо. Какой смысл изменять с другой, если у меня была Кера, которая хотела спать со мной?
— Была?! — громче, чем следовало, удивилась Памела и понизила голос: — Она тебя бросила?
— Нет, ну… не сказал бы, что кто-то кого-то бросил. Мы мирно расстались, объективно признав, что не можем дать друг другу того, чего хотим. В общем… «нас» официально нет уже три дня.
Подошедший парень сделал заказ, и Пэм так шустро принялась его выполнять, что я запереживал, как бы она второпях не разнесла бар.
— А можно мне еще льда? — спросил посетитель, скептически глядя на свой напиток.
Пэм бухнула несколько кубиков в стакан, разливая колу с ромом по рукам брюнета, и с милой улыбкой поинтересовалась:
— Так лучше, Йен?
Тот молча оплатил заказ и удалился, а моя подруга вернулась к полировке стойки.
— Я жду пояснений, — заявила она. — Ты навешал на уши Керы лапши, мол, заразы нахватался, чтобы не спать с ней. И хотя этот поступок логикой не отличается, после ты решил растоптать оставшиеся зерна рассудка, еще и порвав с ней. Правильно?
Я кивнул, не отрывая взгляда от узоров, что вырисовывала тряпка в руках Пэм.
— Что с тобой не так, Макс?
Поднял на подругу недовольный взгляд, а та лишь развела руками:
— Какой парень в здравом уме и твердой памяти станет выдумывать венерическое заболевание, чтобы не спать со своей девушкой, а после прождет еще пять дней и расстанется с ней?
— Тот, который любит другую, но не хочет ранить эту?
Пэм нахмурилась, прикусив внутреннюю сторону щеки, а затем спросила:
— И кого же ты любишь?
Судя по разговорам с Маклин после моего предыдущего визита в данное заведение, излитие моей души ее красноволосой сменщице осталось конфиденциально. Менять это я был не настроен.
— Давай поговорим о другом, иначе вина заставит меня попросить тебя наполнить стакан отнюдь не водой, а вновь разгребать последствия этого совершенно нет желания.
Повторять не пришлось, и уже через пять минут я улыбался во все тридцать два:
— Значит, ты снова ходила на свидание с насильником салатов?
— Давай не будем его так называть.
— Ого.
— Что «ого»? — возмутилась подруга, наливая пиво в кружку. — Его зовут Клив. За исключением заскока с едой, он хорош. Ведет себя как джентльмен. И вообще, чего это я оправдываюсь? Не тебе же с ним трапезничать.
Пэм протянула кружку мужчине, борода которого не скрывала ухмылку. Он отхлебнул пива, слизал пену с растительности на лице и, перегнувшись через стойку, сказал:
— Как мужчина ест, так и сексом занимается, лапочка.
— Глупости это, — попытался я успокоить подругу, глаза которой увеличились вдвое, а в тело не возвращалась подвижность даже после ухода бородатого.
— Целовался Клив агрессивненько, — глядя в никуда, произнесла она.
— Поцелуи — не секс.
— Денни растягивал удовольствие с едой, а его практически можно охарактеризовать как «человек-прелюдия».
