Она совершенно не имела настроя сохранять нейтралитет — герцогиня устала, хотела есть, её пятая точка с непривычки ныла и нуждалась в массаже, — поэтому Антония на выпад Ива лишь огрызнулась:
— Так не слушай их!
Поддерживать вежливость и обращаться к нему на «вы» тоже желания не было. Её супруг пожал плечами.
— Если бы я умел это делать, было бы значительно проще, — пояснил он с досадой в голосе и открыл вторую справа дверь. — Нам сюда.
Антония переступила порог тёмной комнаты, силясь что-то разглядеть, и только собралась попросить освободить руки, чтобы зажечь свет, как мимо прошёл Ив, остановился перед ней спиной и до девушки донеслись сухие щелчки. Через несколько мгновений на столе загорелась свеча, а Ранкур повернулся к Тони, прислонившись к краю стола и скрестив руки на груди. Чтобы не встречаться с его внимательным, изучающим взглядом, Антония принялась рассматривать их временное пристанище. Ничего лишнего: небольшая комната вмещала в себя стол, два стула, умывальник на стене, шкаф в углу. И кровать. Глаза Тони остановились на этом предмете мебели, и девушка ощутила, как щекам постепенно становится жарко. Не слишком широкая, накрытая стёганым покрывалом, с деревянным изголовьем. Рядом на полу лежал цветастый коврик, связанный из лоскутков наверняка кем-то из женской прислуги. А Тони вдруг осознала, что кроме той одежды, что на ней, у неё больше нет, и два дня в пути не сделали её свежее. Ложиться в кровать в ней, на чистое бельё, очень не хотелось. Но если рядом будет Ив… С него станется счесть подобный поступок супруги за провокацию. Провоцировать Ранкура Антония вовсе не хотела.
— Тони, — негромко позвал виновник её сумбурных размышлений, и девушка, вздрогнув, всё же посмотрела на него. Точно, сейчас начнётся обсуждение её опрометчивого поступка… — Ужинать будешь? — спокойно спросил Ив, не оправдав ожиданий жены.
— А… — она на мгновение растерялась и хлопнула ресницами, потом вспомнила о руках и вытянула их перед собой, выразительно глянув на мужа. — Только если сама, — категорично заявила она, не собираясь уступать в этом вопросе.
Вполне вероятно, Тони останется без ужина, ведь Ранкур тоже отличался упрямством. Хотя куда бежать из комнаты с окном на втором этаже, Антония не представляла. Причём без денег, лошади и оружия. И если Ив этого не понимает, то он дубина неотёсанная. Он же хмыкнул, словно угадав, о чём думает сердито сопевшая девушка — с другой стороны, почему словно, эмоции ведь чувствует, — и усмехнулся уголком губ.
— Хорошо, — неожиданно покладисто отозвался он и добавил. — На окне и двери воздушный щит, без меня ты всё равно не выйдешь из этой комнаты.
Антония почувствовала, что руки больше ничего не держит, тут же упёрла их в бока, одарив Ива возмущённым взглядом.
— Без денег и лошади далеко бы не ушла, — не удержалась она от ядовитого ответа и криво улыбнулась.
Их общение прервалось стуком в дверь — принесли ужин. Ранкур лениво шевельнул пальцами, видимо, убирая магию, чтобы вошла служанка. Через некоторое время на столе стоял горшочек с тушёным мясом и овощами, две тарелки, блюдо с нарезанной тонкими ломтиками ветчиной, сыром и колбасой, и корзинка с мягким, ещё тёплым хлебом. Поставив на стол кувшин с квасом, служанка удалилась. Антония тут же забыла о раздражении, которое вызывал у неё супруг, и села за стол, сглотнув набежавшую слюну.
— Приятного аппетита, — проявил вежливость Ив, накладывая себе из горшочка еду.
— Угу, — отозвалась Тони — оказывается, на свежем воздухе просыпается зверский аппетит.
Ели они молча, ужин вышел вполне достойным и вкусным, и отодвинув через некоторое время пустую тарелку, Антония, сыто выдохнув и подобрев, покосилась в сторону кровати. Тело налилось усталостью и требовало отдыха, и очень хотелось растянуться на кровати и уже уснуть в нормальных условиях, а не на холодной земле. Только вот как быть с Ивом?
Он допил квас, отставил стакан и поднялся. Антония напряглась, настороженно наблюдая за ним. Ранкур же направился к кровати, на ходу снимая куртку, небрежно положил её на тумбочку и присел на край, оглянувшись на Тони.
— Предлагаю спать, завтра хочу выехать пораньше, быстрее доедем, — невозмутимо произнёс Ив, стянув один сапог.
Антония поднялась, зачем-то сжав ворот куртки, тревожное волнение пробежалось по спине россыпью горячих мурашек.
— А… В одной постели? — тоненьким голосом переспросила она, чувствуя, как участилось дыхание.
Ив длинно вздохнул, поморщился и снова бросил на неё взгляд.
— Я почти сутки на ногах, Антония, не знаю, что за мысли бродят в твоей голове, но я намерен просто отоспаться, — пожал он плечами. — И тебе того же советую.
После чего снял рубашку, оставшись только в штанах, и преспокойно забрался под покрывало. Ошарашенный взгляд Тони только и успел выхватить из полутьмы бугрившуюся мышцами спину, перевитые венами бицепсы, да несколько старых шрамов на коже. Наверное, потому, что зрелище полуголого мужа заставило её сердце подскочить к горлу, а пульс — зашкалить далеко за норму, Антония и выпалила опрометчивые слова:
