– Первое – мне нужно как-то легализовать структуру. Думаю, отдел торговли в каком-нибудь райкоме комсомола подойдет.
– Ну, это не проблема, – усмехнулся Партнер. – Завтра утром я назову вам райком.
– Второе – небольшое помещение в центре. Я хочу сделать там кафе, где можно будет встречаться, не опасаясь лишних ушей.
– Хм, запросто. Это не условие, а пожелание.
– Третье – встречаться буду только с вами, Партнер. Встречи с другими людьми будут игнорироваться. Только, если вы заранее не предупредите меня об этом. И то, оставляю право подумать.
Мужчина задумался, потом кивнул.
– Согласен.
– Четвертое – я создаю службу безопасности. И вы отдаете мне Алексея Кошелева. Второго человека не надо. Алексей вполне справится.
– Стоп, Воронов. Об этом то вы откуда знаете?
– Это неважно. Вы решили приставить ко мне двух сотрудников КГБ. Так сказать, для охраны и наблюдения. Мое условие – именно Кошелев будет заниматься системой безопасности всей структуры, в том числе и моей личной.
– А вот по этому поводу я должен посоветоваться.
– Дослушайте пятое условие, тогда сможете позвонить отсюда, и мы сразу все выясним.
– Хорошо.
– Вы, Партнер, не знаете всех возможностей моей структуры. Но, не буду скрывать, раз мы в одной лодке. Есть некоторые операции, о которых вы не догадываетесь. Нет, не думайте, они вполне законны и не затрагивают чьи-либо интересы. Это резервный фонд. И когда вам понадобятся деньги, то я должен знать на что, или кому они пойдут. Теперь звоните, и выясняйте. Я подожду.
Мужчина надел очки, неспешно вышел из зала ресторана.
Через несколько минут вернулся.
– Все ваши условия приняты, Воронов.
Володька поднялся, протянул свою ладонь. Партнер крепко пожал ее.
– Кошелев ждет вас внизу, – сказал он. – До встречи, Владимир Егорович.
Ну вот. Володька сделал шаг, понимая, что один он ничего не сможет добиться. А люди, с которыми он заключил соглашение в нужный момент выведут его на человека, и он сможет с ним договориться. Или постарается.
Володька спустился на улицу. Около входа в ресторан стоял мужчина и поеживался на холодном ветру.
– У нас много дел, Алексей, – сказал Владимир, – зайдемте внутрь. Согреетесь, попьете чай.
Человек вздрогнул, повернулся. Он не ожидал увидеть перед собой молодого парня. Мысли его закрутились как вихрь, и Володька даже поморщился.
– Да успокойтесь, Алексей. Не дергайтесь. Просто согреетесь и мы спокойно поговорим.
Он осторожно поднялся с широкой кровати и, стараясь не разбудить спящую Эллу, подошел к окну. Прислонился лбом к холодному стеклу. Город не спал. В квартирах народ праздновал наступление нового года. Кто-то смотрел «Огонек», кто-то продолжал пить на кухне, а кто-то вышел на улицу и истошно орал частушки, под противное завывание женских визгливых голосов.
– И вот это мне надо? – спросил Володька шепотом сам себя.
Какие странные люди. Почему они разделили нас? Причем явно. Даже в таких вещах, как радоваться и отмечать праздник. Для некоторых это просто повод напиться, погорланить, стараясь перекричать, друг друга. Потом выйти и найти скопище таких же пьяных горлопанов, да еще и подраться. И от этого получить удовольствие. Другие же, в семейном кругу, негромко поздравят близких, раздадут подарки, и пару часов посмотрев телевизор, лягут спать. С полным ощущением счастья и удовлетворения. Странно. От чего это зависит?
А, есть еще третьи. Они ждут от праздника чего-то необыкновенного. Серьезно готовятся, составляют меню на бумажке и сценарий празднования. И все время твердят, что праздник близко и дорога каждая минуточка. Сильно обижаются, если их не понимают. Затем остаются в одиночестве и злятся на себя, смахивая со стола вазочки с недоеденными салатами. А потом наступает состояние уверенности, что на следующий год все получится.
Володька услышал, как в кровати поднялась Элла, растерянно покрутила головой. Увидела его, стоящего у окна. Медленно подошла, прижалась к его спине грудью, обхватив руками за талию. И он услышал легкий стук ее сердца и почувствовал, как ее сознание наливается нежностью и любовью. Нет, не тем чувством, которое граничит с физическим наслаждением, хотя это тоже промелькнуло. А именно тем, которое граничит со способностью отдать всю себя без остатка, но не быть послушной игрушкой, а человеком, который поймет и примет в свою жизнь, как равного.
– Владимир Егорович, вы не можете себе это позволить!
– Почему? Это моя обязанность – так прописано в нашей Конституции.
– Ну, что вы, ей богу?! – Партнер возбужденно замахал руками. – У вас красный диплом. Открытая дорога в любой технический ВУЗ. Какая армия?
