Десять разведчиков, собранных с различных военных округов, и в том числе Володька, встали в шеренгу перед самолетом. Его определили последним, как самого молодого и самого младшего по званию.
– Равняйсь! Смирно! – прокричал Еремин, заметив подходившего капитана Смольникова – командира их группы и сопровождавшего незнакомого генерал-майора в полевой форме.
– Вольно, – сказал Смольников, – рядовой Воронов.
– Я, – прокричал Володька.
– Ко мне. Всем остальным заняться разгрузкой самолета. Лейтенант, командуйте.
Володька подошел к капитану, козырнул, открыл рот для доклада.
– Оставить, Воронов, – поморщился Смольников, и обратился к генералу. – Вот, товарищ генерал-майор, наш эксперт из бюро.
Генерал недоверчиво осмотрел Володьку снизу вверх.
– Это шутка, капитан?
– Никак нет, – ответил Смольников.
Генерал явно растерялся.
– Они что там, в своем КБ, с ума по сходили? Пацана присылают. Ну, и что это такое? – генерал показал рукой на звено приземляющихся машин.
– Штурмовой вертолет Ка-50, – ответил Володька.
– А чего у него сзади винта нет?
– Конструкция такая, товарищ генерал, – пожал плечами Володька.
Генерал махнул рукой:
– Черт знает что! Ладно, готовьтесь.
Он еще раз протестировал систему РЛС и анализатор на каждом вертолете. Все работало.
– Ну как? – спросил Володьку старший механик звена.
– Ништяк, Палыч. Готовьте вооружение.
– Ладно, иди. А то лейтенант нервничает, – ответил механик. – Удачи вам, Вовка!
– Спасибо, Палыч.
Через час первый боевой выход. Володька не сильно нервничал. Они отрабатывали свои действия многократно еще там, на полигоне под Москвой. Но здесь совсем другое дело.
Генерал с огромным удивлением рассматривал четырехколесные бронированные автомобили с турелями на крыше. Капитан Смольников подошел к нему.
– Товарищ генерал, группа готова к выходу, – доложил капитан.
Генерал посмотрел на раскручивающиеся винты вертолетов.
– Давай, с богом, – сказал он.
Смольников козырнул и побежал к первому автомобилю.
Внутри броневика было довольно душно. Солнце нагрело броню, и лица солдат стали покрываться капельками пота.
– Я «Стрела-1», – раздался голос пилота. Спокойный, ровный. – Принял три групповые цели. Даю координаты.
– Понял, – ответил Смольников и включил приемник РЛС вертолета, – работаю.
На экране портативного монитора в броневике появилось изображение рельефа местности с отметками захваченных целей. Капитан сравнил рельеф с картой и направлением движения колонны, которую они вели по этой горной дороге.
– Цыба, тормози, – приказал он.
Сержант Цыбулин плавно остановил бронемашину.
– Ерема, ты видишь? – спросил капитан лейтенанта Еремина, который командовал вторым автомобилем.
– Да, вижу, командир, – ответил Еремин.
– Что думаешь?
– Думаю, что ближняя цель – это наблюдатели. При прохождении колонны они цынканут своим в кишлак, который в трех километрах от маршрута, и те будут выдвигаться на высотки. А них там подготовленные позиции.
– Я тоже так думаю, – сказал капитан, и переключил радиостанцию на волну колонны. – «Коробка», я – «Барс». Снизить скорость.
Это была условная фраза для командира колонны, что засечены цели и разведчики приступают к зачистке.
– Коваль, Глаз, – приказал командир сержантам Ковалеву и Глазьеву, – поднимитесь на эту высотку, – он ткнул пальцем в экран монитора, – осмотрите вот этот участок. У вас три минуты.
– Есть, – ответили сержанты и вылезли из машины.
В подразделении разведчиков было принято для простоты обращения менять фамилии на позывные. А позывные старались давать, сокращая фамилии. И это не было данью какой-то моде. В скоротечном бою, где многое решают секунды не очень удобно отдавать приказ, упоминая звание и полную фамилию. У Володьки тоже был свой позывной – Ворон.
– Барс, – раздался голос в динамике радиостанции, – вижу пять «духов» с легким оружием.
– Принял, – ответил Смольников. – Как только они начнут отход с позиции – снимите их.
– Понял.
– Ерема, – приказал капитан, – веди «Коробку» на минимальной скорости. Цыба, давай вперед. Ворон – к пулемету. Твой сектор слева по ходу движения.
Володька занял место у пулемета на крыше броневика. Это был даже не пулемет, а мелкокалиберная скорострельная пушка с хорошим прицельным комплексом, защищенная бронеплитой приличной толщины.
Машина тронулась с места и поползла вверх по дороге. Володька посмотрел назад. Из-за поворота показалась головная БМП из охраны колонны.
– Барс, – затрещал динамик, – «духи» зашевелились.
– Вали их! – крикнул капитан. – Ворон, помоги Ковалю с Глазом.
И тут в каменной сопке слева раздались автоматные очереди. Володька приник к прицелу. Три душмана, карабкаясь и прячась за валунами, спешили уйти от прицельного огня разведчиков. Владимир ногой плавно нажал педаль, разрешая орудию выплюнуть снаряды. Пушка мягко задрожала. На месте попаданий взметнулись осколки камней и ошметки человеческих тел. Оторванная взрывом голова одного из душманов прилетела на дорогу под гусеницы головного БМП.
– «Стрела-1», – проговорил в микрофон Смольников, – работаете цели на высотках через полминуты.
– Принято, Барс, – ответил пилот. – Захожу на боевой.
